– Но ведь он принес мне присягу! – возмущенно воскликнул Эдуард.
– Он всегда был лживым ублюдком, – сказал я и повернулся к гвардейцу. – Это он сказал монашкам, что едет в Твеокснам?
– Да, лорд.
– И мне он сказал то же самое, – задумчиво произнес я.
Эдуард взял себя в руки.
– Я хочу, чтобы все твои люди вооружились и оседлали лошадей, – обратился он к Стипе, – и были готовы выехать в Твеокснам.
– Это у него единственное поместье, лорд король? – спросил я.
– У него есть еще Уимбурнан, – ответил Эдуард. – А что?
– Кажется, его отец похоронен в Уимбурнане?
– Да, там.
– Значит, туда он и поехал, – сказал я. – Он упомянул Твеокснам, потому что хочет нас запутать. Когда похищаешь человека, тогда не говоришь преследователям, куда его везешь.
– А зачем ему похищать Этельфлед? – На лице Эдуарда вновь отразилась растерянность.
– Затем, что он хочет перетянуть на свою сторону Мерсию, – ответил я. – Она с ним в хороших отношениях?
– В хороших? Мы все пытались с ним подружиться, – сказал Эдуард. – Он же наш кузен.
– Он думает, что сможет с ее помощью заставить Мерсию служить его интересам, – предположил я, но не добавил, что на Мерсии все не закончится. Если Этельфлед встанет на сторону своего кузена, это для многих в Уэссексе станет сигналом к тому, чтобы поддержать Этельреда.
– Так мы едем в Твеокснам? – неуверенно спросил Стипа.
Эдуард колебался. Наконец он покачал головой и посмотрел на меня.
– Эти два места расположены очень близко, – с сомнением в голосе произнес он и тут вспомнил, что отныне он король и должен принимать решения. – Мы едем в Уимбурнан, – сказал он.
– Я еду с тобой, лорд король, – сказал я.
– Зачем? – не задумываясь выпалил Этельред. У него не хватило благоразумия промолчать.
Король и олдермены озадаченно посмотрели на него.
Я выждал несколько мгновений, чтобы эхо от этого вопроса успело стихнуть, и улыбнулся.
– Чтобы защитить честь сестры короля, естественно, – гордо заявил я.
Меня все еще разбирал смех, когда мы выезжали из города.
На сборы ушло некоторое время. На сборы всегда уходит определенное время. Надо оседлать лошадей, надеть кольчуги, достать из хранилищ знамена, и пока королевские гвардейцы занимались всем этим, я с Осфертом отправился в Святую Хедду.
Аббатиса Хильдегит была вся в слезах.
– Он сказал, что она нужна в церкви, – объясняла она мне, – что вся семья должна вместе молиться о душе отца.
– Ты ничего плохого не сделала, – сказал я.
– Но он увез ее!
– Он не причинит ей вреда, – заверил я ее.