— Расскажи мне, что я буду делать.
Он улыбнулся, потому что ему платили за ответ, который я знал сам.
— Ты щедр, господин, — сказал Оффа, положив на монеты свои длинные пальцы. — Альфред считает, что ты нападешь на своего дядю.
— Возможно.
— Но для этого, господин, тебе нужны люди, а людям нужно серебро.
— У меня есть серебро.
— Но недостаточно, господин, — уверенно заявил Оффа.
— Так может, я присоединюсь к Хэстену?
— Никогда, господин, ты презираешь его.
— Тогда где же я найду серебро? — спросил я.
— У Скирнира, конечно, — сказал Оффа, не сводя с меня глаз.
Я попытался сохранить непроницаемый вид.
— Скирнир — один из людей, которые тебе платят? — спросил я.
— Я не выношу путешествий на кораблях, господин, поэтому избегаю их. Я никогда не встречался со Скирниром.
— Итак, Скирнир не знает, что я замышляю?
— Судя по тому, что я слышал, господин, Скирнир верит, что каждый человек замышляет его ограбить, поэтому он готов ко всему — будет готов и к вам.
Я покачал головой.
— Он готов к грабителям, Оффа, а не к полководцу.
Мерсиец молча приподнял бровь — знак того, что ему требуется еще серебро. Я положил на стол монету и наблюдал, как она исчезла во вместительном кошеле.
— Он будет готов к тебе, господин, потому что твой дядя его предупредит.
— Потому что ты расскажешь моему дяде?
— Если он заплатит мне — да.
— Мне следовало бы немедленно убить тебя, Оффа.
— Да, господин, — ответил он, — следовало бы. Но ты меня не убьешь.
Он улыбнулся.
Итак, Скирнир будет знать, что я иду, а у Скирнира есть корабли и люди, но судьбы не миновать.
Я отправлюсь во Фризию.
3
Я попытался уговорить Рагнара отправиться во Фризию вместе со мной, но тот только посмеялся.
— Думаешь, я хочу промочить зад в такое время года?