— Ирландцы крайне суеверны, — с жаром вымолвил он. — Одному лишь Господу известно, сколько суеверий в Британии! Слишком многие отказываются отречься от старой веры...
— Ну и славно, — ответил я.
— Но в Ирландии дела обстоит хуже! Даже ирландские священники посещают старые святыни. И да, они боятся Стиорры и её языческих богов.
— А как ты встрял в эту историю? Я думал, что ты в безопасности, в Уэссексе.
— Аббат из Ирландии отправил мне весточку. Ирландские монастыри отличаются от наших. Они больше, обладают большей властью. В каком-то смысле аббаты там — как малые короли. Аббат хотел, чтобы Уи Нейллы ушли с его земель, поскольку они забивали его скот и ели его зерно. И я отправился туда по его просьбе...
— А что, по их мнению, ты мог сделать? — нетерпеливо прервал его я.
— Они искали миротворца.
Я фыркнул.
— И ты что? Приполз к Рагналлу, просил его образумиться и оставить твою сестру в покое?
— Я отвез Рагналлу предложение, — ответил он.
— Предложение?
— Сигтрюгр предложил два шлема золота, если Рагналл велит Уи Нейллам снять осаду.
— А Рагналл отрезал тебе яйца.
— Он отклонил предложение. Посмеялся над ним. Он собирался отослать меня назад в Ирландию с ответом, но тут появилась Брида из Дунхолма.
— Сука, — мстительно выпалил я и выглянул во двор. Послушницы, должно быть, решили, что мое присутствие не подпадает под рамки запрета, поскольку некоторые проносили через двор тряпки и еду.
— Брида, — сказал я, — была моей первой любовью, но она меня ненавидит.
— Любовь оборачивается ненавистью, — заметил он.
— Неужели? — спросил я и посмотрел ему в глаза. — Она оскопила тебя, потому что ты мой сын.
— И потому что я христианин. Она ненавидит христиан.
— Значит, не так уж она плоха, — съязвил я, но тут же пожалел об этом. — Она ненавидит христиан, потому что они осквернили нашу землю! — пояснил я. — Эти земли принадлежали Тору и Одину. В каждом ручье, каждой реке, каждом поле жили свои духи и нимфы, теперь же там чужой бог.
— Бог един, — тихо произнес сын.
— Я убью её.
— Отец...
— Только не заводи эту христианскую чепуху про прощение, — отрезал я. — Я не подставлю вторую щеку! Сука тебя оскопила, я выхолощу её. Вырежу её чертово чрево и скормлю псам. Где Сигтрюгр?
— Сигтрюгр? — переспросил сын, пытаясь оправиться от моей вспышки гнева.
— Да, Сигтрюгр и Стиорра! Где они?
— По другую сторону Ирландского моря, — устало произнес он. — В большом заливе, что зовется Лох-Куан. На восточной стороне залива на холме стоит крепость, почти как остров.
— Лох-Куан, — повторил я незнакомое название.
— Любой кормчий, кто знает Ирландию, сможет отвезти тебя в Лох-Куан.
— Сколько человек у Сигтрюгра?