- Ему некуда идти, - отозвалась она. - Теперь он изгой.
Балки крыши рухнули, и языки пламени взметнулись выше, усыпав небо яркими искрами. Этельфлед направила лошадь к пленникам, их было четырнадцать и они стояли у амбара. Между домом и амбаром лежало шесть тел.
- Унесите их и закопайте, - приказала Этельфлед. Она взглянула на четырнадцать пленников. - Сколько из вас присягнули на верность Эрдвульфу?
Все кроме одного подняли руки.
- Простой убей их, - пробурчал я.
Она меня проигнорировала.
- Ваш господин теперь изгой. Если выживет, то сбежит в дальние края, к язычникам. Кто из вас желает сопровождать своего господина?
Никто не поднял руку. Они стояли молча и в страхе. Некоторые получили ранения, их головы или плечи кровоточили от порезов мечами, которые нанесли всадники из засады.
- Им нельзя доверять, так что убей их, - сказал я.
- Вы все мерсийцы? - спросила Этельфлед, и все кивнули, кроме того, что не присягал на верность Эрдвульфу. Мерсийцы поглядели на этого человека, и он вздрогнул. - А ты кто таков? - спросила его Этельфлед. Он выжидал. - Говори! - приказала она.
- Гриндвин, госпожа. Из Винтанкестера.
- Западный сакс?
- Да, госпожа.
Я подвел лошадь ближе к Гриндвину. Он был уже в возрасте, может, тридцати или сорока лет, с аккуратно подстриженной бородой, в дорогой кольчуге и с висящим на шее крестом тонкой работы. Кольчуга и крест говорили о человеке, заработавшем за многие годы немало серебра, а не о каком-нибудь искателе приключений, которого бедность погнала на службу Эрдвульфу.
- Кому ты служишь? - спросил я его.
Он снова поколебался.
- Отвечай! - приказала Этельфлед.
Он медлил. Я видел, что он испытывает искушение солгать, но все мерсийцы знали правду, так что он неохотно заговорил.
- Лорду Этельхельму, госпожа, - признался он.
Я язвительно рассмеялся.
- Он послал тебя убедиться в том, что Эрдвульф исполнит его просьбу?
В ответ он кивнул, и я мотнул Финану головой, чтобы отвел Гриндвина в сторонку.
- Береги его, - велел я Финану.
Этельфлед опустила глаза на остальных пленников.
- Мой муж, - сказала она, - дал Эрдвульфу большие привилегии, но Эрдвульф не имел права требовать от вас приносить клятвы в верности ему вместо моего мужа. Он был слугой моего мужа и сам дал ему клятву. Но мой муж мертв, да упокоит Господь его душу, и теперь вы должны хранить верность мне вместо него. Есть ли кто-либо, кто отказывается принести эти клятвы?
Они покачали головами.
- Конечно, они присягнут тебе на верность, - буркнул я, - ублюдки хотят жить. Просто убей их.
Она снова меня проигнорировала, посмотрев на Ситрика, стоявшего у груды захваченного оружия.
- Раздай им мечи, - велела она.
Ситрик взглянул на меня, но я пожал плечами, и он подчинился. Он отнес груду мечей и позволил воинам выбрать свои. Они стояли, держа в руках оружие, по-прежнему неуверенно, гадая, не собираются ли на них напасть, но вместо этого Этельфлед спешилась. Она отдала поводья лошади Ситрику и подошла к четырнадцати воинам.