— Я понимаю.
— Поэтому здесь присутствует ваш врач, и на всякий случай мы пригласили адвоката Нильсена. Если он вам не понравится, вы получите другого. — Ингвар Стюбё улыбнулся. — Позже. Если в этом будет необходимость. — Матс Бохус кивнул. — Насколько я понял, вы узнали о том, что вас усыновили, довольно поздно.
Матс Бохус снова кивнул. Человек, который назвался Стюбё, сел прямо напротив него, на место врача. За письменный стол врача. Это показалось ему дерзким. Это был личный стол, с фотографиями жены и троих детей в серебряной рамке. Алекс Бонхеур сидел на подоконнике. Это выглядело неприятно. Матс Бохус видел сквозь оконное стекло, как ползком, закутанный в матовый сероватый свет подбирается день.
— Можете немного рассказать об этом? — начал задавать вопросы Ингвар Стюбё.
— Почему вы спрашиваете?
— Мне интересно.
— Я не думаю. — Матс Бохус поднял ладью и зажал ее в правой ладони.
— Мне правда интересно.
— Ну хорошо. Меня усыновили. Я ничего об этом не знал. Пока мне не исполнилось восемнадцать. Когда умер мой папа в день моего рождения. Рассказывать-то не о чем.
— Вы были... шокированы? Удивлены? Расстроены?
— Не знаю.
— Попробуйте.
— Попробовать что?
— Вспомнить. Что вы чувствовали.
Матс поднялся. Его глаза горели, он осуждающе обвел глазами всех присутствующих. Все уставились на него, кроме Алекса, который легко улыбнулся и кивнул. Матс потянул вниз рубашку.
— Я не знаю, как много вам известно о моей болезни. — Он пошел к двери. — Но, к вашему сведению, мне по горло хватает забот с тем, чтобы разобраться с нынешними чувствами. И я не стал бы утверждать, что вы мне очень нравитесь.
— Не стали бы? Я чем-то конкретным вас раздражаю?
— Не знаю, хочу ли я продолжать здесь находиться.
Он уже дошел до двери и положил руку на ручку. Медленно разжал вторую ладонь и изучил черную ладью.
— Я немного разбираюсь в тактике, — сказал он. — Вы выбрали неверную.
Стюбё улыбнулся и спросил:
— У вас есть какие-то предложения?
— Перестаньте обращаться со мной как с идиотом.
— Я не хотел. Если я обращался с вами как с идиотом, приношу свои извинения.
— Вот опять!
— Что?
— Говорите с выражением «бедный даун».
— Да перестаньте.
Стюбё поднялся и пошел к шахматному столику. Он был почти такого же роста, как Матс. Он взял слона.
— Это совершенно неправильно, — заметил Матс.