Парис, ужаснувшись, отступил и потрепал свои многоцветные локоны.
Чувствуя великодушие, Кили добавила:
— Я позволю тебе как-нибудь расспросить меня о своей женщине, когда Неназываемые умрут. Если ты принесешь извинения Торину, за то, что угрожал его девушке, — То есть. Мне.
— Уважительно расспросить, — добавил Торин.
Парис натянуто кивнул:
— Прошу… извинить.
Кили положила ладонь на спину Торина. Сначала он напрягся, но вскоре расслабился. Затем он обернулся к ней и посмотрел жарким неистовым взглядом.
— Оставайся в безопасности, — скомандовал он.
Для тебя? Всегда.
— И ты тоже. — Хочу его поцеловать.
Не могу его поцеловать. Не сейчас. Но позже… возможно риск будет того стоить.
Воины рассредоточились, кто-то поднялся наверх, кто-то вниз, каждый занял свое место у окон, чтобы вести огонь по противнику. Слишком их мало, слишком поздно. Входная дверь разлетелась вдребезги, обломки дерева и метала пронеслись через фойе, как реактивные снаряды, воткнувшись в несколько живых мишеней.
В фойе ворвалась особь женского пола. И, ох. Ну надо же. Как уродливый постер в детском исполнении. Вместо носа и рта у нее был клюв. Как у бешеной птицы. На ней была кожаная рубашка, но Кили не была уверена зачем это вообще существо надело ее. Материя, которая должна была прикрывать выпуклости ее грудей, отсутствовала, была вырезана. В сосках виднелся пирсинг из бриллиантов. Ее мускулистую талию и бедра охватывала кожаная юбка.
Неназываемая повернулась налево, а затем направо, изучая новую обстановку. Из ее спины торчали маленькие рога, а из острия каждого рога сочилась прозрачная жидкость. Яд?
Воины, находившиеся в гостиной, открыли по ней огонь, но от пуль эффекта не было. Она даже поймала заряды гранатомета, раздавив их ладонями, после чего те сдетонировали. И тогда раскаленный добела воздух, и острые осколки взорвались по всей комнате. Кили переместила всех воинов, но Торин был в другой части крепости, вне зоны поражения.
Дурацкая сера! Как вот она должна защитить его без предупреждения?
Он припал к полу, а затем невредимым вскочил на ноги.
Шум драки наверху. Определенно дерутся. Следует ли ей вмешаться?
Молниеносно двигаясь, Неназываемая протянула руку себе за спину, сорвала один из рогов и метнула его в Кили. Торин оттолкнул Кили с линии удара. На плечах Неназываемой выросло по рогу.
Мой герой!
Но гнев Кили вернулся, и с большей силой. Лицо с Клювом почти ранило ее мужчину.
Крепость затряслась с такой силой, что от фундамента пошла пыль.
Пока Кили препиралась со своим гневом, Лицо с Клювом переместилась к ней, схватила за плечи и перебросила через всю комнату. Не чтобы убить, а чтобы убрать с дороги. Она подняла Торина за шею, не понимая, чего это ей могло бы стоить, и послала улыбку Кили, все смотрите на меня, смотрите, что я сделаю тому, кого она защищает.
Тряска, снова тряска. Гром.
Кили встала на ноги и пошла вперед, по пути призвав два кинжала. Выпотрошу ее.
— Торин, — позвала она.
Он позволил Неназываемой удерживать большую часть его веса, в то время как сам обхватил ее ногами за талию. Они опрокинулись, и он принял на себя, даже дотянувшись, сломав запястье и ослабив хватку. Он тыльной стороной ладони ударил ее в клюв. И Неназываемая с визгом отпрянула от него. Кровь заливала ее лицо.
Его победа не потушила пожар эмоций Кили. Они уже ввязались в дело, ее сила клокотала, отчаянно желая высвободиться.
— Кили, — крикнул Торин, перекрывая шум.
— Продолжай отвлекать ее, — велела она и переместилась к рогу. Мой. Это мой приз. Она схватила его и переместилась на затерянный, необитаемый остров в Южной Атлантике.