Детектив перед сном : читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ага. Но вы только что утверждали, что политикой не занимаетесь и не интересуетесь. А на демонстрации ходите! Где же тут логика?

— Логика проста: нельзя заниматься посторонним, когда дело касается твоих товарищей, а значит и тебя. Видите ли…

— Достаточно, — удовлетворенно перебил ее инспектор, — объяснения приберегите для себя.

— Но…

— Никаких но. Из сказанного вами абсолютно железно, повторяю — железно, следует, что ваше неучастие в политике весьма и весьма сомнительно.

— Вы, конечно, можете думать, что хотите, инспектор, — дружелюбно заметила Афродита, — и делать любые выводы, даже если они неверны. Но будь они даже верны, не вижу связи с убийством на улице Штерненгассе.

— Ну что же, недурно для начинающего детектива, согласен. Однако это вам мало поможет. Положение ваше слишком безнадежно. — Баллер с некоторым сочувствием наблюдал за процедурой протирания очков. — Надеюсь, вы в курсе, чем занималась ваша старушка-тетя?

— Приблизительно. Она была президентом то ли клуба, то ли союза. Если не ошибаюсь, что-то курьезное.

— Баронесса фон унд цу Гуммерланг унд Беллерзин возглавляла Европейское движение за монархию, сокращенно ЕДМ. Это вам о чем-нибудь говорит?

— Каждый имеет какое-нибудь хобби.

— Это не ответ. Что вы знаете о целях ЕДМ?

— Ничего.

— Не увиливайте. Вы отрицаете цели этого движения?

— Насколько я знаю, времена монархий канули в Лету.

— К вашему сведению, баронесса была противоположного мнения. В качестве президента ЕДМ она весьма энергично и плодотворно содействовала развитию монархической мысли. Движение пользовалось большой симпатией почти всех европейских княжеских домов. Это подтверждают многочисленные письма наследных отпрысков Бурбонов, Габсбургов, Гогенцоллернов и Романовых. Мы обнаружили эти послания в секретере вашей тетушки. Что вы скажете по этому поводу?

Афродита пожала плечами. Она хорошо уловила странную вибрацию в голосе инспектора, когда он перечислял династии.

— Мне безразлично, — кротко ответила она. — Я знаю этих древних особ только по картинкам в иллюстрированных журналах. В высшей степени пресно и скучно. Предпочитаю кустарниковых муравьев. С ними интереснее…

— Я ожидал подобного ответа, — удрученно покачал головой Баллер. — Значит, вы признаете, что отнюдь не сочувствовали целям и стремлениям движения, которым руководила ваша высокочтимая тетя! Ну вот и видны как на ладони мотивы вашего преступления.

— В вас погибает сказочник, герр обер.

Но с Гельмутом Баллером что-то сотворилось.

— Да-а, — мягчел он на глазах, — усилия баронессы были весьма успешны. Как разъяснил мне один — не буду называть — представитель ЕДМ, оно приобретает все больше сторонников, особенно во Франции. И, не без оснований, полагают, что в недалеком будущем французский народ призовет Бурбонов. Но не только во Франции, а и в других солидных странах мнение склоняется в пользу монархии…

Оберинспектор внезапно замолчал, — эта несчастная, кажется, хихикает.

— Что вас развеселило?

— Бог мой, инспектор, за последнее время я не слышала лучшего анекдота: «Народ призовет Бурбонов». — И девица снова залилась.

Инспектору пришлось выждать, пока она успокоится. Он застегнул воротник рубашки, который расстегнул на девятом часу допроса. Слегка развернув плечи и приподняв подбородок, устремил свой взор куда-то в стену; приняв таким образом сидячее положение смирно, он сказал со скорбной торжественностью:

— Вам бы следовало ах с каким уважением относиться к благородному делу усопшей баронессы. К женщине, перед которой я склоняю голову, хотя и не разделяю до конца ее взглядов. Она посвятила свою жизнь благородной идее! А вы отняли эту жизнь. Вы в слепой фанатичной злобе убили!.. Но этого вам мало. Вы глумитесь над телами своих благородных жертв! — Гельмут Баллер даже привстал, как бы приподнятый собственным пафосом. И оживившийся вдруг обермейстер Шмидхен вскочил со стула в углу, тоже будто вознесенный то ли благородными целями баронессы фон унд цу Гуммерланг унд Беллерзин, то ли прозорливым подобострастием низшего чина, неустанно и мощно надеющегося на свое лучшее полицейское будущее.

На Афродиту, однако, столь редкостная сцена не произвела должного впечатления.

— Приземляйтесь, герр обер. В сидячем положении у вас лучше получается.

Баллер тяжело опустился на стул. Обермейстер последовал его примеру.