Он чуть приоткрыл окно, закурил.
«Так… — подумал, — Двойник обнаружился. На кожкомбинате. Братец, хм. Второгодничек… Прав был пузатый-то. Вот тебе и «мало конопатых»… Да-а… Вообще-то, в студенческую бригаду устроиться можно. Берут ребята. Взяли же этого аспиранта, как его… имя такое… еще артист есть один… ага! Савелия же взяли… Но тогда где-то надо будет бросать — или на тарной, или в домоуправлении. Лучше на тарной — туда добираться далеко… Хх-а! Старушка эта… Думал уж, трешку вчерашнюю назад потребует… Ну, хорошо, брошу на тарной — и что? У студентов этих дисциплина — жмут, поди, от темна до темна. А как тогда приемы?.. Хорошо Леньке: нанялись с другом железнодорожный мост покрасить, молотнули его за полтора месяца — и по три тыщи в кармане. Пол-«Жнгуленка» есть!.. Даа, Леньке что — он педагог, у него отпуск два с половиной месяца. А тут!.. Нет, надо держаться за старые места. И нечего рыться. Вот чертова профессия, а? Уговаривал же Ленька в педагогический податься. Еще как уговаривал, дурака!..»
Витя выбросил за окно окурок, вернулся к столу и сердито сказал сестре:
— Зовите следующего!
В тихом омуте
Хороший у меня сосед. Скромный, тихий, ненавязчивый. Чтобы, к примеру, радио он включил на полную катушку, как некоторые, или принялся неоправданно кастрюлями грохотать — боже упаси! Да что радио. Другую мышь и то слышнее бывает. Иной раз даже беспокойство возьмет — не захворал ли он, бедняга, или того хуже? Ну, постучишь к нему под благовидным предлогом — ничего, жив-здоров.
Собственно, этим наши отношения и ограничивались. А тут как-то вышел случай другого порядка. Оказал мне сосед одну мелкую услугу. Покупал для себя молоко и на мою долю прихватил бутылочку. И я, желая чем-нибудь отблагодарить его, сказал:
— Заходите. Чайку попьем. Рассказик новый прочту вам.
— А можно? — засмущался сосед.
— Ну, конечно. Я же приглашаю.
— Ладно, — сказал он. — Заскочу. Вот только оформлюсь, — он провел рукой по короткой щетине. — Тут до нас музыкант жил — так никогда не приглашал. Скрытный был исключительно.
— Да?! — вежливо удивился я.
— Не приглашал, — повторил сосед. — Но я сквозь стенку слушал. Очень интересно.
Он пришел выбритый, при галстуке, в новом клетчатом пиджаке.
Рассказ прослушал чрезвычайно внимательно. Похвалил. Потом, снова закрасневшись, спросил:
— А можно замечание?
— Да боже мой! — развел руками я. — Хоть два. Мне же на пользу.
— Там у вас, в самом конце, где этого типа усатый гражданин бьет…
— Ну-ну?
— Надо бы посильнее. Побольше ему вложить.
— А что, — подумав, сказал я, — Пожалуй, вы правы. Таких учить надо.
— Надо, надо, — согласился он. — Кстати, он за ним с чем гонится? Ну-ка.
Я перелистал обратно несколько страниц.
— С отверткой.
— Вот видите, — сказал он. — А потом чего же только кулаком?
— Да-а, — почесал в затылке я. — Выходит, не стреляет отвертка?
— Не стреляет, — кивнул он.
— Ну, спасибо, — поблагодарил я. — Как это вы подметили?
— Вам спасибо, — сказал он. — Очень приятный вечер получился.
Сосед откланялся. Я сел к столу поработать. Прошло около часа — и кто-то позвонил у дверей. Я открыл.