Повесть о детстве (Художник Р. Гершаник): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вдруг Пейся остановился и, пытаясь спрятаться за Сему, прошептал:

— Он идет!

— Куда ж ты прячешься? — удивился Сема. — Он же твой знакомый.

— Молчи! — разозлился Пейся. — Чтоб человек не мог минуту помолчать!

Прямо на них шел растрепанный мужчина в короткой измятой куртке, с заспанным лицом и очень большими красными руками. Увидав ребят, он остановился, кашлянул, и Семе показалось, что в его ухо стрельнули из пушки. Мойше Доля подошел к Пейсе и, положив тяжелую руку на его плечо, чуть-чуть прижал Вруна к земле.

— Ничего умного… — задыхаясь, прошептал Пейся. — Допустим, вы меня победите. Так что здесь особенного? Я уверен, что вы сильнее меня.

Доля расхохотался и внимательно посмотрел на приятелей.

— Вы уже не такие малыши, как мне показалось… Почем фунт лиха, знаешь? — обратился он к Пейсе.

— Знаю.

— А ты? — спросил он у Семы.

— Я знаю, почем два фунта.

— Получается, что вы нюхали горе?

— Нюхали, — согласился Сема, смелея. — Можем вам уступить долю!

Мойше засмеялся:

— Смелые воробьи! Уважаю… — И, весело подмигнув обоим, он побрел дальше.

Провожая взглядом тяжело переваливающегося с ноги на ногу Мойше Долю, Сема с завистью сказал:

— Вот это медведь — я понимаю!

— А я что говорил? — обрадовался Пейся. — Мы с ним всегда так разговариваем.

— Ты ж в первый раз с ним говоришь!

— В первый, второй! Что ты придираешься? — обиделся Пейся и небрежно протянул Семе руку.

Он не мог больше стоить на месте — скорей бежать, скорей рассказывать!

БАБУШКИНА ЗАТЕЯ

В субботу утром Сема проснулся с мыслью, что ему нужно радоваться. Лежа в постели, он перебрал в памяти все события вчерашнего дня и не нашел в них ничего особенного. Говорил с Магазаником — это раз, пошутил с «мамашей» — это два, познакомился с Долей — три. Ничего особенного! И все же какое-то радостное ощущение не покидало его. Да, хорошо быть таким сильным, как Мойше. И откуда у еврея вдруг берется такая сумасшедшая сила?

Сема начал насвистывать веселую песенку, но его свист привлек внимание бабушки.

— Что с тобой? — удивилась она. — Разве можно свистеть в комнате?

— Нельзя, — согласился Сема, не зная, чем, собственно, вызван этот запрет.

— Ну, слушай внимательно, — продолжала бабушка. — На подоконнике стоит тарелочка с селедкой. Уксус возьмешь в шкафу. Понял? Лучок там же, на верхней полке. Когда покушаешь, завернешь хлеб в полотенце. А то он засыхает в две минуты. Понял?.. А я, — добавила бабушка важно, — ухожу по делу.

Бабушка уходит по делу!.. Это очень даже интересно. Но какие могут быть дела в субботу?

Сема встал, вышел во двор, медленно вытянул из колодца ведро с водой и тут же на высоком замшелом камне принялся умываться, фыркая и брызгаясь. «Ах, хорошо! — восхищался он, выливая на голову кружку холодной воды. — Очень хорошо!» Обтеревшись докрасна колючим полотенцем, Сема вернулся домой. На плите уже кипел чайник, крышка дрожала и прыгала. Сема отодвинул чайник в сторону и, усевшись к столу, принялся уничтожать селедку. Это была маленькая, несчастная рыбка без жира и без мяса. Есть ее было скучно. Чтобы насытиться, Семе пришлось мочить в уксусе куски хлеба. Он кашлял, крякал и ел… К концу завтрака пришла бабушка — лицо ее было сосредоточенно и серьезно.

— Так быстро? — улыбаясь, спросил Сема.