Превосходнейший брат мой, кузен и дядя, свойственник и союзник!
Мне было весьма приятно получить Ваше письмо, в котором Вы обещаете послушаться во всем моего мнения. Вести, полученные мною из Рима, говорят о том, что французская армия находится в полнейшем упадке. В таком же положении пребывает и армия Северной Италии.
Возьмите на себя одну из них, мой превосходнейший брат, кузен и дядя, свойственник и союзник, — я же займусь другой. Как только я узнаю, что Вы в Риме, я открою военные действия во главе 140 000 воинов; у Вас их 60 000, я ожидаю еще 40 000 русских. Этого более чем достаточно, чтобы будущий мирный договор вместо Кампоформийского получил название Парижского.
Вот все, что я хотел сказать Вам, превосходнейший брат мой, кузен и дядя, свойственник и союзник. Засим возношу Господу мольбу, чтобы он хранил Вас под своим святым покровом.
Франц».
Прочитав письмо, кардинал задумался.
— Что вы теперь скажете, мой преосвященнейший? — спросил король.
— Что император прав, но что и вы, ваше величество, тоже правы.
— Как это понимать?
— Так, что здесь, — вы сами изволили заметить, — по-видимому, кроется страшная тайна. Более чем тайна — измена.
— Измена? А кому было выгодно изменить мне?
— Ответить на этот вопрос, государь, значило бы назвать виновных, а я их не знаю.
— Но нельзя ли узнать их?
— Поищем, кто они такие. Я был бы счастлив послужить вашему величеству ищейкой. Ведь нашел же Юпитер Феррари… Кстати, государь, полезно было бы расспросить его.
— Я прежде всего подумал о нем. И распорядился сказать ему, чтобы он был наготове.
— В таком случае вызовите его, ваше величество. Король позвонил; появился тот же ливрейный лакей, который подходил к королю во время ужина.
— Позовите Феррари! — приказал король.
— Он дожидается в приемной, государь.
— Пусть войдет.
— Вы говорили, ваше величество, что вполне уверены в этом человеке.
— Мне казалось, что я уверен.
— А я скажу более того: что вполне уверен в нем и теперь.
Феррари появился на пороге в сапогах со шпорами, по обыкновению готовый отправиться в путь.
— Подойди, любезный, — обратился к нему король.
— К услугам вашего величества. Что я должен отвезти?
— Сейчас речь не о депешах, мой друг, — сказал король, — тебе надо только ответить на несколько вопросов.
— Извольте, государь.
— Спрашивайте, кардинал.
— Друг мой, — обратился Руффо к курьеру, — вы пользуетесь у короля самым высоким доверием.
— Надеюсь, что я заслужил его своей усердной и преданной пятнадцатилетней службой, монсиньор.