Он начинает действовать.
Я опускаюсь на колени возле трупа. Малышка Марго держит в правой руке уголок синего конверта. Я осторожно вынимаю его и кладу в мой бумажник.
Потом делаю Пинюшу знак подойти.
– Ты все видел. Можешь мне рассказать, как это произошло?
Он подкручивает свои усы, один из которых короче другого по меньшей мере на четыре сантиметра.
– Я не успел ничего понять. В тот момент, когда ты мне велел бежать, это и жахнуло. Она стояла ко мне спиной... Раздался страшный грохот, пошел дым... А потом я увидел ее уже такой.
– Другие пострадавшие есть?
– Кажется, задело телефонистку
Мы начинаем ее разыскивать и находим полулежащей на стуле, смертельно бледную и с не представляющей опасности раной на голове.
– Вызывай «скорую»!
– Хорошо.
Я щелкаю пальцами и кричу:
– Служащую из окошка «До востребования»! Подходит усатая толстуха, уже описанная мне Пинюшем. Она весит пару тонн и напоминает статую из топленого свиного сала, сделанную Пикассо для продавца масла!
– Предупреждаю вас, дорогая мадам, – иду я в атаку, – что возлагаю огромные надежды на то, что ваши показания помогут поймать гнусного убийцу!
Она поправляет свои огромные сиськи и адресует мне жалкую улыбку.
– Какой кошмар, – вздыхает она. – Согласен. Вы передали этой несчастной первое письмо...
– Да.
– А второе отдали не сразу...
– Это правда... Я чуть не забыла о нем, потому, что фамилия на конверте стояла перед именем и я положила его немного дальше...
– Хорошо. Вы заметили свою ошибку, позвали девушку, отдали ей письмо... Каким из себя оно было?
– Очень толстым...
Она отводит указательный палец на добрый сантиметр от большого.
– Оно было тяжелым?
– Не меньше ста граммов...
– Скажите, оно было оплачено должным образом?
– Да.
– Значит, вы не брали с девушки доплату?
– В этом не было нужды.
– Вы не заметили штамп отделения, откуда было отправлено это письмо? Она пожимает плечами:
– Нет!