Похоть: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

До отлёта Стивен не видел ни Галатею, ни Тэйтона, но при погрузке багажа ему удалось переговорить с Гриффином. Стараясь не выдать своего любопытства, Хэмилтон довольно небрежно спросил, давно ли женат мистер Тэйтон и кто его жена? Она англичанка? К его удивлению, Лоуренс Гриффин на глазах помрачнел и с явной неохотой буркнул, что Арчибальд женат уже десять лет, и жена его родом из Дартмура. «Миссис Тэйтон тоже археолог?» — уточнил Хэмилтон. Гриффин вяло ответил, что миссис Тэйтон не имеет отношения к археологии.

Значит, ей уже около тридцати, подумал Стивен, но чем она занимается? Было бы весьма кстати узнать это, чтобы как будто случайно заговорить на интересующую её тему. Сам Хэмилтон считал себя достаточно начитанным и образованным, чтобы поддержать любой разговор: будучи химиком, он интересовался историей и археологией, любил литературу, изучал мифологию, увлекался музыкой и спортом. Но чем увлечена Галатея? Ведь такая женщина никак не может иметь интересы обычной домохозяйки.

Стивен осторожно продолжил расспросы.

— А кто она? Историк?

Гриффин пожал плечами.

— Насколько я знаю, миссис Тэйтон слаба здоровьем. Я не слышал, чтобы она чем-то занималась. Но в свете она когда-то произвела фурор своей внешностью. Да и сегодня она ещё хороша собой.

Стивен бросил осторожный взгляд на Гриффина. Боже мой, что он говорит? Впрочем, тут же спохватился Хэмилтон, чему удивляться? Лоуренсу уже за пятьдесят. Конечно, в такие годы — где уж замечать женскую красоту? Гриффин давно похоронил жену, у него остался сын, который, кажется, тоже учится на историческом.

Стивен понял, что глупо продолжать этот разговор, и умолк.

В самолёте Хэмилтон сидел в хвосте и жадно разглядывал Галатею. Облачённая в дорогой кремовый костюм, миссис Тэйтон замерла рядом с мужем в позе танагрской статуэтки. За три часа полёта она сказала не более десятка слов стюарду, не снимала тёмные очки, и Хэмилтон не видел её глаз. Арчибальд Тэйтон сидел тоже неподвижно, ни разу за весь полёт не обратившись к жене.

Наконец они прилетели. Тэйтон плохо переносил перелёт и при посадке в Салониках был бледен и хмур.

— Спиридон не подведёт нас, Лори? — на лице Арчибальда застыло угрюмое выражение. — Эти восточные люди так необязательны, а к десяти уже стемнеет.

Гриффин покачал головой и успокоил коллегу.

— На Сарианиди всегда можно положиться, Арчи, он не подведёт.

VIP-зал Международного аэропорта «Македония» был полупустым, Стивен бросил взгляд на часы на стене. 18.55. Они прилетели на несколько минут раньше. Поднимаясь сюда, он приметил несколько баров, аптеку, сувенирный и кондитерский магазины и уже хотел спуститься туда, но створки дверей разъехались, пропустив запыхавшегося темноволосого толстяка, похожего на турка, с лоснящимися полными губами и сияющими глазами-маслинами. От выступающего под нелепым длинным жилетом солидного брюшка веяло ароматом каких-то сладких специй, лицо с огромным толстым носом излучало довольство, а в руке был зажат кусок слоёного пирога с орехами, миндалём и корицей. Пузан торопливо дожёвывал его, вертя головой и озираясь. Двигался он, несмотря на избыток веса, необычайно легко и грациозно, как холёный раскормленный кот.

— Спирос! — Гриффин помахал ему рукой, и тот, бросив в урну салфетку от пирога и слегка колыхаясь круглым животом на коротких жирных ножках, обутых в мягкие туфли, поспешно устремился к ним.

— Мистер Гриффин! Как я рад! Мистер Тэйтон, приветствую! — Сарианиди широко улыбнулся и восторженно вскинул вверх пальцы-сардельки. — Я заказал автобус не до Комотини, а прямо до виллы, чтобы добраться без всяких пересадок.

Гриффин пожал руку и даже приобнял Спиридона Сарианиди, а ему представил Стивена Хэмилтона, и Стивен заметил, что ему Сарианиди просто кивнул, почти не заметив его, но сразу выделил глазами миссис Тэйтон, и между бровей его залегла маленькая тёмная морщинка.

— Кто-нибудь уже приехал? — поинтересовался тем временем Лоуренс у грека.

Сарианиди поспешно ответил, что два дня назад появился Франческо Бельграно из Болоньи, а вчера утром прилетел Максимилиан Винкельман из Халле с женой. Немец весь день проторчал на месте будущего раскопа, зато с Бельграно они выпили по стаканчику доброго винца и обсудили висячие металлические печати Византии. Чрезвычайно умный человек. Приехал и Хейфец из Штатов, причём, первым, ещё третьего дня, но сказал, отлучится пока на денёк-другой к родне. Сегодня должен уже вернуться.

— И где его родня? Он разве грек? — полюбопытствовал Гриффин. — Впрочем, у этих американцев никогда не поймёшь…

— Какой грек? — толстые густые брови Сарианиди взлетели на середину лоснящегося лба. — Сказал, на Украину слетает, туда и обратно.

— О, так он украинец? — удивился Гриффин. — Гриффин не интересовался политикой, но слышал, что на Украине недавно была какая-то заварушка.

Сарианиди снова усмехнулся, а Тэйтон, вмешавшись в разговор, снисходительно пояснил коллеге, что Хейфец никакой не украинец, а просто еврей из Одессы, эмигрировавший ещё в детстве с семейством в Штаты, но, как оказалось, Гриффин не очень-то понял сказанного, только уточнил у Арчи, хороший ли тот доктор.

Тэйтон уверенно кивнул.

Сарианиди вывел их из зала и проводил на стоянку, где всех ожидал небольшой удобный автобус на восемь мест. Толстый грек оказался весьма любезным гидом: по дороге, размахивая руками, взахлёб рассказывал о весёлой жизни Салоник. Темнота за окнами ещё не начала сгущаться, но город уже был в огнях. Едва они проехали пару кварталов от аэропорта, Сарианиди ткнул во фронтон, сияющий разноцветными неоновыми бликами.

— Очаровательное местечко. Мы тут флиртуем с симпатичными туристками, а иностранцы пытаются узнать все секреты гречанок. А тут, — он экспансивно махнул рукой в сторону здания с надписью «Nasim», — восточные напевы и самба, карнавалы и шоу. — Автобус миновал ещё пару кварталов, и Спиридон снова оживился. — А это не для слабонервных, — усмехнулся он. — Тут жёсткое техно, публика выглядит очень сурово, кожа, татуировки, как на Хэллоуине. — Гриффин покачал головой, но Сарианиди продолжал, как ни чём не бывало. — А это клуб «Калигула», тут танцуют грациозные вакханки в прозрачных туниках и мускулистые Аполлоны. Отдых на любой вкус.

Хэмилтон, сидевший впереди, осторожно обернулся на миссис Тэйтон. На её лице не было ни интереса, ни отвращения, временами она осторожно массировала виски, казалось, её гложет мигрень. Он не удивился: после перелёта всё они были словно варёные, его самого немного подташнивало и хотелось спать.

Сарианиди же теперь, когда они миновали городские кварталы, рассказывал о вилле, где им предстояло провести два месяца. Трёхэтажная, с удобным садом и бассейном, с современной дизайнерской мебелью, — оживлённо тараторил он, будто читая рекламный проспект, потом сообщил, что на вилле всего десять спален, но спальных мест гораздо больше.

…Вилла на побережье, живописная и фешенебельная, действительно была выстроена всего в сотне ярдов от песчаного пляжа, на высоком горном отроге. При ней был даже крохотный, но тенистый садик на краю обрыва, в глубине которого шумела меж камней впадающая в море речушка. Чуть подальше, на набережной, светились неоном таверны со свежей рыбой и морепродуктами, магазины и кафетерии.

Гриффин обошёл первый этаж, оглядел просторную гостиную с видом на внутренний бассейн, спальные и ванные комнаты, парковку и площадку для барбекю — и остался доволен: всё было уютно и мило: им не раз доводилось, что скрывать, жить в куда худших условиях.