Миссис Силвер, захватив с собою из спальни новый моток серой шерсти, снова спустилась вниз. Она оставила свою вязальную сумочку в холле, и как раз в тот момент, когда брала ее, дверь кабинета распахнулась, и оттуда вышла миссис Мэнипл. По-прежнему прямо держась, она проследовала по коридору в направлении кухни.
Не успела она скрыться из виду, как мисс Силвер уже входила в кабинет.
— Пойдите и приведите ее сюда. И мисс Силвер тоже, — говорил Лэм, стоя посреди комнаты. — Я хочу, — он замолчал при звуке открывшейся двери. — Откуда вы узнали, что нужны? Я только что хотел послать за вами Фрэнка.
— За мной и еще за кем-то. Могу я узнать, за кем именно?
— За мисс Мерсер. Хочу ее расспросить относительно отпечатков пальцев. Поскольку похоже, что она может грохнуться в обморок в любой момент, то хорошо было бы иметь вас под рукой.
По лицу мисс Силвер пробежала тень. Сама она уважала себя; неплохо, чтобы и другие относились к ней тоже достаточно уважительно. Выражение Лэма резануло ей слух. Эбботт, возившийся с бумагами, заметил ее реакцию и с трудом удержался от улыбки.
Мисс Силвер подошла к креслу, которое занимала раньше, повернула его под другим углом, села и достала из сумочки недоконченный чулок для Дерека.
— Всегда рада быть вам полезной, старший инспектор, — произнесла она сдержанно. Потом выдержала легкую, но многозначительную паузу и продолжала: — Однако я предпочла бы, чтобы вы отложили свою беседу с мисс Мерсер. Только что я услышала разговор между Глэдис Марш и Полли Пелл. Когда вы узнаете о его содержании, то думаю, согласитесь со мной, что нужно немедленно допросить Глэдис.
— Ну и что она говорила? — недовольно пробурчал Лэм.
— Я находилась в подсобном помещении возле кухни. Глэдис хвасталась, что она будет вызвана в суд как главный свидетель и ее фотографии появятся во всех газетах. Она выражала сожаление по поводу того, что уже замужем, так как уверена, что ее забросают предложениями. Правда, ее наглость дошла до того, что она назвала это препятствие легко устранимым.
— Вы, без сомнения, нам понадобитесь во время допроса Глэдис, чтобы ее нравственности не был нанесен ущерб, а, шеф? — бросил через плечо Фрэнк. Глаза его лукаво блеснули, что заставило шефа грозно нахмуриться.
— Наверное, вы слышали еще кое-что, иначе зачем бы нам ее вызывать? — сказал он мрачно.
— Разумеется, это еще не все, — откликнулась мисс Силвер, деятельно работая спицами. — Кончив хвастать, она сказала следующее: «Я могла бы кое-что рассказать, но предпочитаю пока молчать. Я хочу, чтобы был большой шум». Когда Полли стала ее расспрашивать, она сказала, что может в любую минуту затянуть петлю у кое-кого на шее, но хочет выбрать удобный момент. Потом добавила: «В этом доме кое-кто скоро будет болтаться на виселице, и мои фотографии появятся во всех газетах, и все будут обо мне говорить».
Лэм сложил губы трубочкой, будто собрался присвистнуть.
— Так и сказала?
— Слово в слово.
— Тогда допросим ее сейчас же и выясним, что она имела в виду. Может, просто хвасталась? Во всяком случае, узнать стоит. Она сейчас на кухне?
— Она была там. Но поскольку миссис Мэнипл уже вернулась туда, то думаю, Глэдис уже где-нибудь в другом месте.
Фрэнк отыскал ее довольно быстро. Слышно было, как она хихикнула, пока Фрэнк открывал перед ней дверь. Войдя, она кинула небрежный взгляд на мисс Силвер, повела глазами в сторону инспектора, обошла вокруг стола и жеманно опустилась на стул. Потом закинула ногу на ногу, поддернула выше колен и без того короткую юбку, украдкой взглянула на свои нога в шелковых чулках, выставленные для всеобщего обозрения, и, наконец, томно посмотрела на Фрэнка, но увидела лишь его бесстрастный профиль.
Лэм, наблюдавший за ее действиями, подумал, что, видно, мало ее драли в детстве, пристукнул по столу ладонью и рявкнул:
— Прошу внимания, мисс Марш! Сержант Эбботт здесь не для того, чтобы глазеть на вас, а затем, чтобы записывать ваши слова! Будьте так любезны и примите это к сведению.
Ему ответом был ленивый взгляд и смешок:
— Вы же меня еще ни о чем не спрашивали.
— Пусть это вас не волнует, спрошу. Еще раз говорю: будьте добры сосредоточить свое внимание. Минут двадцать назад вы имели разговор с мисс Полли Пелл.
— Правильно, — отозвалась Глэдис, надув пунцовые губки. — Мы всегда пьем чай в одиннадцать. А что, нельзя?
Лэм пропустил ее слова мимо ушей. Он лишь поглядел на нее так, будто перед ним была тряпичная кукла.
— Ваш разговор слышали, — наконец сказал он.
Выщипанные брови Глэдис приподнялись, и она чинно произнесла:
— Неужели? Не понимаю, как это люди могут унижаться до того, чтобы подслушивать под дверьми. По-моему, это неприлично…
Терпение Лэма лопнуло. Он выпучил глаза и резко оборвал ее: