- Борис Федорович... - тихо ответила она, опустив голову.
Иван Васильевич нахмурился, подозрительно посмотрел в лицо Ирины. А затем, обратившись к ближним вельможам, произнес:
- Чего ради ее братец так печется о моем царевиче? Не нравятся мне сии душеполезные заботы его.
Федор, очнувшись от своего молитвенного забытья, медленно поднялся, подошел к отцу.
- Добро пожаловать, батюшка государь!
- Феодор! Беда навалилась на меня, - опять у тебя гнусный бродяга чей-то! Берегись! Дальше будь от них!
- Слушаю, батюшка государь, - тихо проговорил царевич.
- Пришел я проведать тебя да побеседовать с тобою о делах, как отец, государь твой.
- Что же, батюшка, побеседуем... - смиренно кивнул головою Федор.
- Слыхал ли, что в Сибирь я отправляю войско под началом князя Быховского?
- Нет, батюшка государь, не слыхивал...
- А знаешь ли ты, что сибирский царек не платит нам положенной дани?
- Не слыхивал и того.
Царь грустно усмехнулся.
- Кому уж, как не тебе, то бы знать должно?!
Повернувшись к вельможам, царь приказал им удалиться, подождать его за калиткой сада. Когда ушли, он взял царевича под руку и велел ему сесть рядом с собой на скамью.
- Феодор, - тихо начал он, - ты мой наследник...
Увидев, что гусляр стоит в дальнем углу сада, царь погрозился на него посохом.
Странник в испуге бросился бежать в калитку.
- Много их что-то в Москве развелось. Не худо бы этого добра поубавить, - гневно проговорил царь. - Садись. Думаю я, царевич, можно ли тебе оставить царство, когда у тебя весь свет - в монахах, в странниках да в юродивых? Погляди, как царские дети в иных странах к престолу готовятся.
Иван Васильевич задумался.
- Помни: блаженны народы, именующие своих владык отцами. Кротость и величество должны сиять на челе царского отрока. Следует сделать себя народу любезным, а народ послушным - вот каковы должны быть дела твои. Личина пономаря у царского детища - посмешище в глазах народа. Честь быть отцом народа - нелегко, Феодор, дается. Имя победителя пишется на камне, а титло отца отечества запечатлевается в сердцах.
- Прости, батюшка государь, коли грешу перед тобою, не ведаю того, как быть любезным... - робко проговорил царевич. - Молюсь господу богу, чтобы помог мне... Молюсь!
- Хотелось бы мне, чтобы мой сын и наследник стал во главе моих отборных полков, что пойдут на Кучума. Да не могу. Не годишься. Хотя разумом ты и не глуп, но простые казаки, разбойники, волжская вольница годятся, а ты - нет. Нет державства в твоем характере - мягок ты лишку. Послал я в те места казаков... После того пойдут и мои воины. Славное дело впереди.
- Пошли и меня, государь... Послужу...
Царь рассмеялся.
Во время этой беседы Ирина ушла в дальние аллеи сада.
- Позови жену.
Федор крикнул:
- Ирина! Ирина!