— Как хочешь. — Она сложила руки на груди, прислонилась спиной к голой деревянной панели стены и нахмурилась неизвестно на что.
Харальд повернулся к сэру Блейсу.
— Я приду на ваш прием через несколько минут. Даю слово.
Блейс взглянул на Джулию, потом принужденно улыбнулся Харальду.
— конечно, Сир, я понимаю. Примите мои поздравления по поводу предстоящей свадьбы. Я поговорю с вами позже на приеме. Через несколько минут.
Он поклонился принцу и принцессе, и покинул прихожую. Харальд взглянул на Джулию и с тревогой нахмурился. Она повесила голову, глаза слепо смотрели вниз в тихом отчаянье. Усталый взгляд человека, испытавшего поражение, странно подействовал на Харальда. За все время, что он знал Джулию, он ни разу не видел, чтобы она сдавалась кому или чему-нибудь. Однако сейчас, казалось, все силы ушли от нее, оставив лишь столько, чтобы не подпускать к себе враждебный мир. Он подошел и встал рядом.
— Джулия, что с тобой?
— Ничего.
— Что-то не так, я же вижу.
— Не так? Что может быть не так? Через две недели я выхожу замуж за человека, который станет королем!
Харальд поразмыслил. Он инстинктивно понимал, что если произнесет сейчас нужное слово, то сможет мгновенно выиграть ее для себя, но если скажет что-то не правильное, то потеряет ее навеки. Его удивило, как сильно ему хотелось ее не потерять.
— Джулия, когда мы поженимся, наши отношения станут другими, увидишь. Я знаю, как много для тебя значит Руперт, но тебе надо это преодолеть. Что бы ни случилось, я уверен, что он умер храбро и честно. Как только наши проблемы будут решены, мы соберем отряд стражников и прочешем Лес, пока не обнаружим, что произошло с ним. А потом, все вместе, мы отомстим так, что Лес не забудет никогда.
— Спасибо, — тихо сказала Джулия, — мне это понравилось.
— Он умер, Джулия.
— Да. Он умер. — Джулия апатично смотрела на Харальда. — Я поняла это давно, но не могла по-настоящему в это поверить. Я очень долго продолжала надеяться, но теперь надежды не осталось. Когда прошло столько времени — не осталось. Никакой надежды… Мне надо было уйти с ним, Харальд, я должна была уйти с ним!
Харальд обнял ее. Она напряглась, потом расслабилась и прильнула к нему, положив голову на его плечо.
— Если бы ты пошла с ним, — сказал Харальд, — скорее всего, тебя тоже убили бы. Он это понял, вот почему он заставил тебя остаться.
— Знаю, — сказала Джулия. — Это не помогает. Я не была там, не стояла с ним рядом, а теперь он мертв. Руперт мертв. Всякий раз, когда я подумаю об этом, словно кто-то бьет меня в живот. Это больно, Харальд!
— Знаю, Джулия. Но все пройдет, когда мы поженимся.
Так говорить не надо было и Харальд понял это в то же мгновение. Джулия застыла в его руках, а когда подняла голову и взглянула на него, лицо ее стало холодным и непроницаемым. Харальд отпустил ее и сделал шаг назад. Он искал, что же еще сказать, что-то, что вернуло бы потерянную близость, однако момент был упущен. Харальд мысленно пожал плечами. Будут еще и другие возможности.
— Чего хотел сэр Блейс? — ровным голосом спросила Джулия.
— Напомнил, что я обещал участвовать в его приеме. Мне на самом-то деле надо поспешать, я уже опоздал.
— Приеме? Почему я не получила приглашения?
Харальд поднял бровь.
— Я думал, ты тренируешь женскую армию.
Джулия мило улыбнулась.
— А я думала, ты с визитом идешь в темницу.
Харальд засмеялся.
— Туше, дорогая. Темницы подо рвом — это что-то вроде семейной шутки. Отец угрожает ими, сколько я себя помню. Чем более он рассержен, тем больше отвратительных подробностей. Думаю, подо рвом есть еще какие-то камеры, но ими не пользуются уже веками. Наши темницы — не более чем камеры предварительного заключения: как только состоится суд, заключенных отсылают отрабатывать свой приговор на фермах. Зачем впустую тратить рабочую силу?
— А что если они сбегут?