— Контракт уже подписан.
— Не мной!
— Твоя подпись не обязательна, — спокойно сказал Харальд. — Как и твое согласие.
Он отпрянул в последний миг и кулак Джулии скользнул только по волосам.
Пока принцесса обретала равновесие, Харальд, проявляя разумную предосторожность, сделал шаг назад. Пребывание рядом с Джулией больше повлияло на его бойцовые рефлексы, чем все годы тренировок с Защитником вместе взятые.
— Джулия, мы уже говорили обо всем прежде. Брак будет заключен безотносительно к тому, что мы чувствуем. Почему бы тебе просто не смириться с фактом и не наслаждаться жизнью?
Джулия в упор смотрела на него.
— Слушай, Харальд, я хочу сказать это раз и навсегда, поэтому слушай внимательно. Я тебя не люблю. Ты мне не нравишься. У меня к тебе так же мало чувства, как к тому, что каждое утро выгребают лопатами из конюшен. Я за тебя не выйду, даже если альтернативой будет лепрозорий. Ты понял?
— Когда мы поженимся, ты меня полюбишь, — самодовольно сказал Харальд.
Джулия лягнула его в голень. Некоторое время Харальд прыгал на одной ноге, ругаясь шепотом, чтобы не рассердить отца. Он научился уклоняться от ударов руками, однако пинки еще пропускал.
Джулия повернулась к нему спиной и принялась бушевать молча. Из-за ненадежного положения при Дворе, открытая вражда с наследником трона — последнее, в чем она нуждается, но она просто не может с собой справиться.
Любая женщина при Дворе при первом же слабом намеке кинулась бы в объятья Харальда, а он выбрал ее. Она знавала кроликов, которые были решительно менее влюбчивы. Он приносит подарки, отпускает комплименты и, похоже, не может понять, почему его никак не принимают. Джулия признавала, что временами Харальд может быть весьма приятной компанией, однако упорство этого человека было под стать лишь его приводящей в ярость убежденности, поэтому иногда всего лишь вида приближающегося Харальда было достаточно, чтобы ладони Джулии задергались в поисках меча. Ее рука автоматически переместилась к боку и погладила рукоять.
Приятно снова чувствовать на бедре меч Руперта. После путешествия в Южное Крыло она не теряла времени, выбросив все парадные платья и заменив их на простую тунику с гамашами. Драться в проклятой парадной одежде — значит почти наверняка дать себя убить. Если демоны смогли пробраться в Южное Крыло, никакая часть Замка больше не находится в безопасности. Джулия теперь все время носила меч, а по ночам ножны висели под рукой рядом с постелью.
«Странно», саркастически подумала она, «когда я жила в пещере с драконом, то мечтала только о том, как меня спасет энергичный принц и заберет жить в свой Замок. И что же? Меня спас самый неэнергичный из принцев и теперь я в Замке, из которого не дождусь выбраться».
— Сладость моя…, — начал унылый голос позади.
— Убери руку, иначе я завяжу твои пальцы в узел.
— Да я и не пытался, — серьезно сказал Харальд, и рот Джулии дрогнул.
— Почему я тебе не нравлюсь, Джулия? Другим-то нравлюсь.
Джулия повернулась к нему.
— Харальд, я тебя не люблю. Ты можешь это понять?
— Люди вроде нас не женятся по любви.
— Ко мне это не относится.
— Но я когда-нибудь стану королем, — сказал Харальд с видом человека, выкладывающего четвертый туз.
— Я не хочу стать королевой, — сказала Джулия, побивая его козырем.
— Любая женщина хочет стать королевой.
— Не я.
— Тогда какого дьявола ты хочешь?
Джулия отвернулась.
— Я не знаю.
Наступила пауза, потом Харальд подошел и стал рядом.