Душан собрал на стол.
Мария поднялась, тут же, в кухонном блоке вымыла руки.
Живкович церемонно усадил ее за стол со стороны кровати, а сам, как хозяин, сел спиной к плите…
Мария с удовольствием съела куриное мясо, приготовленное с неизвестными ей приправами и яблочно — морковный салат, сотворенный с помощью блендера.
Во время еды Мария и Душан приглядывались друг к другу — ведь они очень мало времени провели вместе, все их общение было по телефону. Они говорили о многом, но все — таки некоторые темы старались обходить сороной.
Мария взяла стакан с минеральной водой без газа, отпила глоток:
— Душан, почему вы расстались со своей женой?
— Говорят, противоположности притягиваются. Так было и у нас с Кариной… Мы разные. Особенно в постели. Ей всегда нужен быстрый секс, а мне — близость. С возрастом я уже не мог настраивать свой организм на то, что было нужно Карине и у нее появился другой мужчина… Я не ревновал. Для меня это явилось удобным предлогом для развода… Намного мучительнее оказалось расставание с Томеком… Мария, а как складывалась ваша семейная жизнь?
— По сравнению со многими, весьма неплохо. Мы любили друг друга. Андрей был рыцарем, не обижал меня, много занимался сыном — они были очень дружны и Коля крайне болезненно пережил его уход, но… в постели у нас была та же проблема, что и у вас — Андрей сразу был в полной готовности, а мне был необходим «разогрев»…
Они посмотрели друг на друга глубоким, внимательным взглядом.
Душан через стол взял руку Марии, нежно поласкал ее и не отпустил:
— Мария, останься у меня на ночь, постарайся поменяться сменами, у нас с тобой всего два дня, чтобы побыть вместе.
— Позволь напомнить, Душан — мне шестьдесят, а тебе — сорок шесть…
— Ну и что? Муж Примадонны в два раза моложе ее, а у нас разница всего в четырнадцать лет. Для меня не имеет значения твой возраст…
Мария довольно долго молчала, глядя в синие глаза Душана.
— Душан, ты правда хочешь, чтобы я осталась у тебя на ночь?
— Да, Мария…
— Хорошо, я остаюсь и постараюсь поменяться сменами, — губы Марии тронула тень иронии, — самой непонятно, зачем я это делаю, мы ведь с тобой даже ни разу не поцеловались…
Глаза Душана засветились радостью, он поднялся на ноги, обошел стол, мягко принудил Марию встать, робко привлек ее к себе, поцеловал, едва касаясь ее губ.
Мария немного отстранилась от Живковича, сказала с легкой иронией:
— Оказывается, с тобой довольно приятно целоваться… Поиграй мне что — нибудь…
Душан улыбнулся, сел за синтезатор, некоторое время подумал, затем его пальцы залетали по клавишам…
Мария узнала эту мелодию —«Грезы любви «Листа. Ее играла для Коли Марина, когда он приходил к ней в НИЦ восстанавливать слух. И с позволения Марины Коля записал для нее в том числе и эту мелодию…
Послушав некоторое время исполнение Душана, Мария подошла к нему сзади, положила руки ему на плечи, привлекла к себе, погладила приятно пахнущие, ухоженные волосы, на мгновение коснулась их губами.
Душан, остановивший игру, как только к нему подошла Мария, прижался к ней спиной.
— Душан, если ты хочешь, я буду рядом с тобой день, месяц, год… пока ты не устанешь от меня… Я буду благодарна тебе за каждый день, что ты будешь рядом со мной, потому что у Коли сейчас своя жизнь и меня ждет кошмарное, тотальное одиночество…
Душан прижался щекой к запястью Марии:
— Я никогда не устану от тебя, Мария. Пока мы в силах работать — на время нас будет разлучать только работа… А когда мы немного постареем — не будем расставаться ни на секунду…
— Приятно слышать, но, поживем, увидим…
Душан осторожно развернулся на крутящемся стуле, поднялся на ноги, стараясь не расцеплять объятие Марии. В какой — то степени это ему удалось.