– О'кей, – сказал Филипп, – я останусь здесь. Вы меня ждите у «Денниза». Я с ним поговорю и приведу его с собой.
Мы кивнули, Стив сказал:
– Ладно.
В зеркале заднего вида «бьюика» я увидел человека, оглушенного и потерянного, выходящего на автостоянку и все еще не снявшего маску Франкенштейна. Обрез он уже где-то бросил.
Филипп пошел к нему, улыбаясь и махая рукой.
Когда через час они приехали к «Деннизу», он уже был одним из нас.
Его звали Тим, и он влился в нашу группу так же быстро и удачно, как в свое время я. Он понимал нас, он был одним из нас, и он стал энтузиастом Террора Ради Простого Человека. Он считал это выдающейся идеей.
Еще он нам нашел место, где жить.
После своего возвращения мы жили по разным отелям и мотелям. Филипп не хотел, чтобы мы вернулись по своим прежним домам, считая, что это может быть небезопасно, и мы искали новое место, где могли бы жить все вместе.
Тим нам рассказал, что живет в модельном доме уже два месяца.
– Там построили квартал Чепмена в Орандже – там, где он переходит через холм в сторону Ирвайна. Днем там довольно противно, потому что все время народ мимо топает, но ночью там пусто и отлично. Он меблирован в стиле «Архитектурный дизайн», и ванная великолепная с бассейном в полу. Жить там – класс. Мой дом – в тупике с еще четырьмя такими же. Все двухэтажные, в каждом от трех до шести спален. Можем просто занять их все.
– Звучит заманчиво, – сказал я.
– Отличное место, и там есть ворота, чтобы хулиганы не лазили. Жить там хорошо.
– Да, звучит приятно, – согласился Филипп. – Давайте посмотрим.
Был будний день, и никто не занимался покупкой домов, но через офис продавцов мы все равно прошли незамеченными. Все мы взяли по рекламному проспекту и прошли в тупик посмотреть нашу первую модель.
Все дома были чудесные, все очень дорогие и дорого обставленные. Всего было пять больших домов, а нас тринадцать, и потому жизненного пространства хватало. Филипп выбрал самый большой из домов, где жил Тим, и сказал, что будет там жить с Тимом и Полом, чтобы быть под рукой, если им понадобится помощь или возникнут вопросы. Мы с Джеймсом и Джоном поселились в соседнем доме псевдотюдоровского стиля.
Потом мы поехали туда, где остановились – «Холидей инн» в Тастине, – и собрали вещи. Дело шло к вечеру. Уже было начало шестого, и я хотел вернуться прямо домой, но Джеймс еще решил пробежаться по магазинам, а Джон – поехать к Стиву и прихватить его фургон, который все еще оставался в нашем прошлом мотеле, так что я дал Джеймсу ключи от машины и поехал с Джуниором на его новом «ягуаре», который он добыл в нашем последнем налете.
Мы с Джуниором поехали в свой новый дом и вытащили из тесного багажника чемоданы.
– У тебя в отеле что-нибудь осталось? – спросил он.
– Еще чемодан.
– У меня тоже. Съездим завтра?
Я кивнул.
– Тогда я тебя прихвачу по дороге.
– Пока.
– Пока.
Я шел к своему новому дому по пустому тротуару. Начинало темнеть, автоматический таймер, который включал уличные фонари, сработал, включив фонарь перед подъездом и освещение подъездной дорожки.
Тим говорил, что сопрет ключи от домов в конторе продавцов, и теперь ключ от дома торчал в замке. Я их вытащил, нажал на увеличенную защелку и вошел.
В свой дом.
Точнее, наш дом. Но почему-то я думал о нем как о своем доме, а о Джоне и Джеймсе – как о своих гостях.
Поставив чемодан в вестибюле, я щелкнул выключателем. Зажглись скрытые флуоресцентные лампы холла и прихожей, а с ними торшеры в гостиной и спальне и люстра в столовой. Я вдохнул воздух и застыл. В этом доме даже пахло отлично.