Золотая свирель: читать начало книги онлайн

Рев! Закладывает уши, в реве не ярость — боль.

Я шарю глазами по берегу. Где человек? Только что был здесь!

Вот он, пятится по мелководью. Эрайн, по глаза заляпанный кровавой дрянью, пластается в полете, человек, рухнув навзничь в воду, пропускает его над собой — острие меча, уже испачканное кровью, чиркает по светлому брюху.

— Неееет!

Кувырком скатываюсь с обрывчика, приложившись о гальку руками и коленями, вскакиваю, бегу…

— Стой! Не трогай его! Я договорюсь с ним!

Какое! Распахивая воду, косой дугой летит меч, вперехлест ему, подрубая ноги, — молния драконьего хвоста. Потеряв меч, человек веретеном катится на песчаный бережок, пятная его красным — первая рана. Не позволяя ему подняться, чудовище напрыгивает следом — и получает ужасный удар ногами в грудину. Человека бы снесло, но мантикора лишь прикладывает спиной о собственный драконий хребет. Противник, перекувырнувшись, стремглав ныряет за высокие камни.

Пауза.

Эрайн огляделся и заорал. Заорал хрипло, жутко, скаля клыки, сахарно сверкнувшие на чумазом лице. Сильно припадая на правую переднюю лапу, кинулся к мечу, повернулся задом и по-кошачьи забросал его песком. Вон его куда задело, под лапу. Слава Богу, брюхо не распахало.

Фу-у… Кажется, мантикор потерял человека. Кажется, все остались живы.

Эрайн! Какого черта ты ввязался в драку! Тебя же поранили, могли совсем убить, ненормальный! Ты же сказал, что уходишь, почему ты не ушел?

Эрайн, ты слышишь меня?

— Эрайн?

Он оглянулся на мой голос — и заворчал. В темных прорезях глазниц полыхнуло алым. Хвост звучно хлопнул по сырому песку.

Я невольно отшагнула назад. Эрайн? Что с тобой? Ты не узнал меня?

В этот момент мантикор вдруг дернулся и прянул в сторону. Звонко шлепнулась в воду галечка — из-за темной глыбы выглянула облепленная мокрыми волосами голова.

Хриплый рык разорвал и смял воздух, словно лист пергамента, а потом отбросил его в сторону. Рык комком бумаги еще перекатывался по песку, а мантикор уже стелился в прыжке длинным фестончатым вымпелом, жестяной, вычурно изрезанной лентой… да что я! Он был похож на удивительное оружие из Сагая, которое то ли копье, то ли меч на длинном древке, чуть изогнутый, иззубренный, с несколькими разновеликими и разнонаправленными клинками…

Перебежки и прятки между камней. От мельтешения зарябило в глазах. Двуногий оказался легок и быстр, он мелькал мотыльком тут и там, скрываясь, появляясь, скрываясь снова… Хромающий мантикор беспорядочно метался, коротко взрыкивая, стесывая бока на крутых поворотах, веером взрывая мокрый песок. Хвост его со скрежетом стегал камни. Вот скорость развернула его и приложила боком об скалу — даже с такого расстояния донесся глухой удар тела о камень, треск и визг сминаемых лезвий-волос. Огромная глыба накренилась — двуногий мотылек немедленно порхнул в щель между ней и соседним камнем. Оттуда в чудовище полетели галька и песок.

Пригнувшись как пес, Эрайн с поворота нырнул в ту же щель.

Обидчик тотчас вывернулся с другой стороны, подскочил к накренившейся глыбе, присел, упираясь в камень спиной… я отчетливо увидела, как ноги человека по щиколотку погружаются в песок, а камень сползает с места, накрепко зажимая мантикора в узкой щели.

Ошеломленная пауза.

Я начала тереть глаза, потому что не поверила им. Безоружный человек поймал мантикора. Поймал этот одушевленный ураган из лезвий разной длины…

Не верю глазам — и все тут!

Эрайн забился, заорал, пытаясь плечами разворотить ловушку. Из теснины высунулась мантикорья голова, мотаясь из стороны в сторону, канатами вздулись жилы на шее. Волосы-лезвия хлестали по темному камню, высекая искры. Снизу из щели выплеснулся фонтан мелкой гальки. Невидимый за высокими глыбами, свистнул мантикорий хвост, взметнув в небо рыжие лоскуты песка.

Человек же… только сейчас я заметила, что он бос, постоял, опираясь ладонью на заваленный камень, другой рукой то ли вытирая лоб, то ли прикладывая ее козырьком к глазам, чтобы блики от воды не мешали рассматривать добычу… а потом выпрямился, передернул плечам — и расхохотался.

И я узнала этот смех.

Черт, а я еще удивлялась — кто это такой храбрый кинулся сражаться с ужасным чудовищем один на один? Ну кто, а? Ну кто еще может бросить свою свиту, растерять собак, забыть о недавнем покушении, ночь и часть дня мотаться по лесу, ориентируясь только на сбивчивый рассказ перепуганного слуги, лишиться в битве копья, меча, лошади и едва ли не жизни — и в итоге хохотать доупаду над бессильным гневом чудовища?

В третий раз я не узнала ее… Но лицо рассматривать мне до этого момента некогда было, а волосы ее роскошные намокли и прилипли к спине. А теперь я и венчик серебряный разглядела — блестит поперек лба, зайчики пускает. Босая… так и понеслась без сапог, красота моя несравненная. Интересно, она вообще заметила, что в нее стреляли? Вообще кто-нибудь это заметил кроме нас с Ратером? А то ведь поди докажи…

Ну, убить Эрайна я ей не позволю. Хотя, ей вроде бы нечем это сделать… если она не вздумает откопать меч. Может, пока она над мантикором издевается, потихоньку подкрасться, разворошить песок и уволочь этот меч подальше?

Мораг, продолжая смеяться, бесстрашно подошла к рычащему, извивающемуся в щели чудовищу настолько близко, что ее окропил песок, взлетающий под неистовыми ударами хвоста. Одежда у нее на боку была разодрана и маслянисто блестела, а белый рукав с внутренней стороны напитался красным. Но ее мало заботил разодранный бок. Она веселилась. Она стояла перед совершенно осатаневшим чудовищем, капала кровью на землю, тыкала в чудовище пальцем, делала руками неприличные жесты, хлопала себя по коленям и хохотала, а Эрайн трепыхался в своей щели, выл, шипел, клацал зубами, и не мог достать ее ни лапой, ни рукой, ни хвостом, а плюнуть, наверное, не догадался.