Миллионы Стрэттон-парка: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Предлагаю, – к полной неожиданности для всех, проговорил Айвэн, – продолжать руководство ипподромом, как это было раньше, и оставить Роджера и Оливера на своих местах.

– Поддерживаю это предложение, – решительно заявила Марджори.

Кит зло посмотрел на нее. Не обращая на него внимания, Конрад сделал пометку в лежавшем перед ним блокноте.

– Первое решение Совета – продолжать управление делами без всяких изменений с настоящей минуты и далее. – Он поджал губы. – Мне кажется, нам нужен секретарь вести протокол.

– Можно использовать секретаря Роджера, – предложил я.

– Ну вот еще! – ощетинилась Ребекка. – Все, что мы скажем, тут же станет известно этому чертову Роджеру. А вас никто не просил выступать. Вы здесь чужак.

Дарт перешел на стихи:

– Ах, если бы у себя могли мы увидеть все, что ближним зримо, что видит взор идущих мимо со стороны. О, как мы стали бы терпимы и как скромны…

– Чего! Чего? – не поняла Ребекка.

– Роберт Бернс, – мило улыбнулся Дарт. – «Ко вши».

Я едва удержался, чтобы не рассмеяться. Никому другому это не показалось смешным. Очень дружелюбно я сказал Ребекке:

– Раздевалку женщин-жокеев можно перенести в другое место.

– Ну, неужели? – Сарказм сквозил в каждом звуке, который она произносила. – И куда же?

– Я вам покажу. И, – продолжил я, обращаясь к Конраду, – можно было бы удвоить выручку в барах.

– О, боги – проговорил Дарт. – Что он говорит?

Я задал Конраду вопрос:

– У вас есть уже подробный проект новых трибун?

– Никаких новых трибун не будет – безапелляционно воскликнула Марджори.

– Мы должны… – начал Конрад.

– Мы продаем землю, – продолжал гнуть свое Кит.

Айвэн не знал, что ему сказать.

– Новые трибуны, – сказала Ребекка. – Новое руководство. Все новое. Или продавать.

– Продать, но позже, – упрямо повторила Ханна.

– Согласен, – кивнул Форсайт.

– Этого не будет, пока я жива, – сказала Марджори.

ГЛАВА 4

Когда собрание закончилось, стало понятно, почему его проводили на ипподроме, а не у кого-либо из Стрэттонов дома. Никто из них не жил с родственником, все жили отдельно.

Они вышли из комнаты, где проводилось собрание, будто и не были членами одной семьи, каждый заключен в броню самодовольства, и никто из них не желал признать факт моего присутствия.

Один только Дарт, шагнув к двери, оглянулся, чтобы посмотреть туда, где стоял я, наблюдая этот исход.

– Идем? – сказал он. – Ничего интересного уже не будет.