Напролом: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Да, конечно. Но мягкостью от Леггата ничего не добьешься.

– А чего вы хотите? – спросила она. – И что это за сенсация, которую вы обещали сообщить "Глашатаю"?

– Да ничего особенного. Просто кое-какие грязные подробности о способах, которыми "Знамя" добывало сведения об Аллардеке для "Частной жизни".

Она пожала плечами.

– Вряд ли мы бы это напечатали.

– Может быть. А есть ли что-то такое, перед чем остановится репортер, ищущий сенсации?

– Нет. Он залезет на Эверест и в сточную канаву, пойдет под пули, куда угодно – лишь бы там пахло скандалом. Мне в свое время самой пришлось повоевать и с врачами-шарлатанами, и с коррумпированными муниципалитетами, и со всякими сумасшедшими сектами. Я видела куда больше грязи, голода, нищеты, трагедий, чем мне хотелось бы. Мне приходилось просиживать ночи с родителями убитых детей, я была в поселке спасателей и видела их вдов... А теперь какой-то дурак хочет, чтобы я сидела в золоченом креслице и сюсюкала над тем, какие юбки носят теперь в Париже! Я никогда не была дамской журналисткой и не собираюсь становиться ею теперь, черт возьми!

Она остановилась, неловко улыбнулась.

– Это все мой проклятый феминизм, извините.

– Скажите, что не возьметесь за это, и дело с концом, – посоветовал я. – Если это понижение в должности, откажитесь. Вы для этого достаточно известны. Никто не ожидает, что вы будете писать о моде. И, честно говоря, по-моему, вам и не стоит этого делать.

Она внимательно посмотрела на меня.

– Нет, конечно, меня не выкинут, но этот новичок – шовинист, и жизнь при нем станет куда сложнее.

– Ничего, – сказал я, – у вас есть имя. Покажите свои знаменитые ядовитые зубы. Небольшая толика яду может творить чудеса.

Она встала, потянулась, положила руки на свои бедра, стянутые тяжелым поясом. Вид у нее был как у амазонки, собравшейся на битву, но я по-прежнему чувствовал внутреннюю нерешительность. Я тоже встал – мы были почти одного роста – и поцеловал ее в щеку.

– Братский поцелуй! – сухо сказала она. – И это все?

– Но вы ведь этого и хотели, не правда ли?

– Да, – ответила она, слегка удивленная. – Вы правы, черт возьми!

Здание редакции "Ежедневного знамени", расположенное неподалеку от "Глашатая", то ли было выстроено значительно позднее, то ли переделано в соответствии с ультрасовременными весами.

В фойе красовался фонтан, под потолком висели светильники, состоящие из вертикальных стеклянных трубочек, испускавших свет из нижнего конца. Мраморный пол, футуристские диваны и стол охраны, за которым сидели четверо широкоплечих парней в устрашающего вида униформе.

Я сказал одному из них, что пришел из "Глашатая" и мне нужен мистер Леггат, побаиваясь, что сейчас меня вышвырнут на улицу пинком под зад. Но этого не случилось. Охранник сверился со списком, лежавшим у него на столе, и направил меня наверх с тем же отсутствием интереса, какое я встретил на более дружелюбной территории.

Наверху тоже все было не так, как в "Глашатае". Стены, выкрашенные в оранжевый цвет с красными пятнами, ярко-зеленые пластиковые столы, агрессивно-оранжевый палас с красными зигзагами. Неудивительно, что у них слово "ярость" на каждой странице.

В кабинет Сэма Леггата вела дверь матового стекла, на которой было крупными белыми курсивными буквами написано: "Редактор". Пониже такими же буквами помельче предлагалось позвонить и подождать.

Я нажал кнопку звонка и стал ждать. Вскоре дверь зажужжала и отворилась на несколько дюймов. Может, Сэм Леггат и не носил бронежилета, но, тем не менее, меры предосторожности, предпринятые им против нежеланных посетителей, были впечатляющими. Я отворил дверь, и передо мной предстал еще один образчик дурного вкуса: черный пластиковый стол, красные обои с геометрическим узором, зеленый ковер в крапинку. Если бы мне пришлось работать в такой обстановке, я бы, наверно, взбесился.

В кабинете было двое мужчин без пиджаков, которых эта "радуга", видимо, не смущала. Один – коренастый коротышка с волосами песочного цвета, другой – повыше, сутулый, очкастый, начинающий лысеть. Обоим было под пятьдесят. В углу сидел третий человек, помоложе, в пиджаке. Он больше молчал и слушал.

– Мистер Леггат? – осведомился я.

– Я Леггат, – отозвался коротышка с песочными волосами. – У вас пять минут. – Он кивнул в сторону того, что был повыше.

– Это Таг Танни, ответственный за "Частную жизнь". А это мистер Ивенс, наш юрист. Так кто вы такой и что вам надо?

Таг Танни щелкнул пальцами.

– Я знаю, кто он такой, – сказал он. Он порылся в памяти и нашел мое имя. – Филдинг. Жокей-чемпион.

Я кивнул, и, как мне показалось, все трое расслабились. Правда, в облике Леггата по-прежнему был заметен задиристый вызов, но, по-видимому, не более, чем того требовали его положение и текущие обстоятельства. По крайней мере, он не пытался давить на меня.