Голос Хью звучал весьма настойчиво. Я с любопытством взглянул на него, припомнив, что в прошлую субботу явно была в разгаре какая-то семейная размолвка. Его лицо, обычно такое жизнерадостное, было унылым и встревоженным.
Хью был значительно стройнее своего отца и сложением походил скорее на мать.
Правильные черты лица, ямочки на щеках, рот еще по-юношески нерешительный.
"Лет девятнадцать, – подумал я. – Ну, может, двадцать. Никак не больше".
– Я... это... – сказал он. – Останьтесь. Честно говоря, мне хочется, чтобы здесь кто-то был, когда они вернутся.
– Вот как?
– Э-э... понимаете... Они не знают, что я здесь. В смысле... Папа ужасно рассердится, но он же не станет кричать на меня при чужих, верно? Я потому и приехал сюда, на скачки. В смысле, вы, конечно, не чужой, но вы же понимаете, что я имею в виду?
– Ваша матушка наверняка будет рада вас видеть.
Хью сглотнул.
– Я терпеть не могу с ними ссориться. Я этого просто не переношу.
Честно говоря, папа меня просто выгнал. Почти месяц тому назад. Отправил меня к Солу Бредли. А я больше не могу, я домой хочу.
– Он вас выгнал? – Я не мог скрыть удивления. – А мне всегда казалось, что у вас такая дружная семья... Он что, решил, что вам надо привыкнуть к самостоятельности, и все такое?
– Да нет, что вы! Если бы! Я просто сделал одну вещь... Я не знал, что он так рассердится... Правда не знал...
Но мне не хотелось выслушивать его излияния. У меня было достаточно своих проблем.
– Что, наркотики? – спросил я без особого сострадания.
– Чего?
– Вы употребляли наркотики?
Судя по выражению его лица, дело было не в этом. Мое предположение его просто ошеломило.
– Да нет! – сказал он плачущим голосом. – Просто папа его так уважал... Он так говорил. Я думал, папа одобрит то, что он сделал...
– Кто – "он"? – спросил я. Но Хью посмотрел мне за спину и не ответил. Лицо его сделалось еще несчастнее прежнего. Я обернулся. В ложу вошли лорд и леди Вонли. Я отчетливо видел, какие лица у них были, когда они увидели своего сына. Леди Вонли расплылась в непроизвольной улыбке.
А вот лорд Вонли меня удивил. Когда он увидел нас вместе, на его лице отразилось не прощение, не раздражение, не равнодушие и даже не гнев. На его лице появился страх. Даже ужас.
Глава 17
Он довольно быстро пришел в себя. До некоторой степени. Леди Вонли обнимала Хью, а ее супруг смотрел на это с каменным лицом, очень недовольный.
В ложу вернулись другие гости, бывшие в прекрасном расположении духа. Хью оказался прав в том отношении, что затевать с ним скандала на людях отец не стал.
На самом деле лорд Вонли обращался в основном ко мне. Он суетливо предложил мне чаю, внимательно следя за тем, чтобы я больше не разговаривал с его сыном. Видимо, он не замечал, что его первая реакция и нынешнее поведение говорили мне куда больше, чем ему хотелось бы.
– Ну вот, – радушно сказал он, попросив официантку передать мне чашку. – Молока? Сахару? Не надо? Как там кобыла принцессы Касилии? Как ужасно, когда лошадь получает травму во время скачки! Сандвич хотите?
Я сказал, что кобыла больше в скачках участвовать не будет, и отказался от сандвича.
– Что, Хью докучал вам своими бедами? – осторожно осведомился он.
– Да нет, на самом деле...
– А что он вам сказал?