— Ты много кого повидал. Кто из них самый опасный?
— Женщины, — без запинки ответил Бейкер.
— Я про инопланетян.
— Я тоже. — Бейкер занялся проверкой своего арсенала.
— А что скажешь ты, Могильщик?
— Кто самый опасный — не знаю. Но домарианцы заставили меня попотеть больше других.
— Как так? — спросил Мейфлауэр.
— Двое из них разыскивались, вот я и полетел на Домар, чтобы посмотреть, не удастся ли получить вознаграждение. — Он помолчал, приложился к стакану. — Интересная планета — Домар. Ни автомобилей, ни поездов, ни самолетов, ни кораблей, ни тележек для гольфа, ни дорог. Одни домарианцы. Высотой в сорок футов, большая часть которых приходится на ноги. Ночь они ненавидят и всю жизнь ходят и ходят вокруг планеты, следуя за солнцем. Останавливаются только для того, чтобы убивать друг друга.
— Ты нашел тех, кого искал?
— Да, но потерял тридцать фунтов, гоняясь за ними.
— А что скажешь ты, Ураган? — Мейфлауэр повернулся к Смиту.
— С большинством инопланетян я живу мирно, — ответил он под взглядом Лангтри Лили.
— Большой Рыжий? — продолжил опрос Мейфлауэр.
— Вы должны понимать, что я смотрю на все это с другой колокольни, — ответил Большой Рыжий. — Я — спортсмен, не герой, не охотник за головами, даже не солдат. Я бы сказал, что самые крепкие инопланетяне, физически, торкилы. Роста в них двенадцать футов, сплошные мышцы, и в смертоболе им нет равных. Последний раз они выиграли у людей шестнадцать, пять, восемь и три.
— Никогда не видела, как играют в смертобол, — призналась Сахара дель Рио. — И что означает этот счет?
— Торкилы шестнадцать раз занесли мяч в «город», люди — пять. Торкилы убили восьмерых людей, люди — троих торкилов. — Большой Рыжий улыбнулся. — Это мужская игра, мэм.
— Значит, им нет равных? — уточнила Сахара.
— Физически.
— То есть?
— Про их ум я такого сказать не могу. Любой грумарит может проиграть в шахматы только другому грумариту. А есть еще квинталанцы, которые изобрели пятимерные шашки.
— И как в них играют? — спросил О’Грейди.
— Понятия не имею. Об этом надо спрашивать квинталанца, а они так заняты исследованиями других измерений, что могут и не ответить.
— Так ты говоришь, что торкилы самые крепкие, а грумариты и квинталанцы — самые умные? — спросил Мейфлауэр.
— Самые крепкие в спортивных состязаниях, — поправил его Большой Рыжий. — Лично я выставил бы против них Эйнштейна.
— Ты говоришь про грумаритов и квинталанцев?
— Я говорю про всех.
— Да перестань, — отмахнулся Мейфлауэр. — Как может слепой человек победить торкила?
— Он — Эйнштейн, — ответил Большой Рыжий. — И найдет способ.
— Я бы поставил на торкила, — встрял О’Грейди.
— И проиграл бы.