Если б Алек сидел ближе, он бы ударил Лэйси. Но их разделял стол. Лэйси густо покраснела. Она сама испугалась своих слов.
— Прости меня, — сказала девочка очень тихо, не смея поднять на него глаза. — Прости, что я так сказала, папочка.
— Анни была удивительным человеком, Лэйси, — мягко сказал Алек. — Ее никто не сможет заменить.
Лэйси помолчала, чертя невидимые линии на столе, потом спросила:
— А я могу звонить Оливии?
— Детка, — Алек отложил фотографию в сторону, — ты вовремя приходишь вечером, так что я не вижу особого смысла в том, чтобы беспокоить Оливию каждую ночь.
— Но когда же я смогу с ней поговорить?
Лэйси выглядела, как беспризорный ребенок со своими черно-рыжими волосами, покрасневшим носом и большими печальными синими глазами.
— Мне жаль, Лэйси, я как-то все забросил, и ты пострадала больше всего. Почему бы тебе не позвонить Оливии… Нет, не сегодня. Сегодня ей предстоит важный разговор.
Скажем, через несколько дней, и вы сможете договориться, когда и где вы будете общаться. Ты можешь с ней разговаривать, если Оливия не будет против, но я с ней больше встречаться не собираюсь.
Оливия сидела в своем кабинете, выбрав минуту затишья, чтобы перекусить. Зашла Кэти и принесла чемоданчик с инструментами.
— Алек О'Нил оставил это для тебя.
— Спасибо, Кэти, — кивнула Оливия.
— И к нам везут пациента с переломом.
— Буду готова через минуту.
Как только Кэти вышла, Оливия отложила персик, открыла чемоданчик. Инструменты были разложены по местам, как она и оставила их в последний раз. В одном из отделений лежал конверт, на котором было написано ее имя. Внутри она нашла записку от Алека.
«Инструменты твои, пользуйся ими столько, сколько потребуется. Вчера вечером я звонил Полу. Он знает, что тебе нужно с ним поговорить. Лэйси огорчилась, когда узнала, что ты к нам больше не придешь. Я сказал ей, что она сможет позвонить тебе через несколько дней. Надеюсь, что с тобой все в порядке. Желаю тебе всего наилучшего, Оливия.
С любовью, Алек».
Не станет она опять плакать. Ни за что. И все-таки ей необходимо было побыть хоть немного одной. Оливия закрыла задвижку на двери кабинета, прислонилась к ней спиной, закрыла глаза и обхватила себя за плечи. Она стояла так до тех пор, пока издалека не донесся вой сирены машины «Скорой помощи».
49
Мэри только что закончила разгадывать кроссворд, подняла голову и увидела девочку, стоявшую на тротуаре перед домом престарелых. Она прикрывала от солнца глаза и смотрела, как показалось Мэри, прямо на нее. Девочка пошла по дорожке к крыльцу, и Мэри бросила на пол сложенную газету.
— Вы миссис Пур? — спросила девочка, остановившись у ступеней. У нее были такие странные волосы, рыжие у корней и черные на концах. Мэри сразу поняла, кто она такая, узнала ярко-рыжие волосы, от которых девочка пыталась избавиться, белоснежную кожу с россыпью веснушек, красивые синие глаза и ямочки на щеках.
— Да, юная леди, я Мэри Пур. Чем я могу тебе помочь? Девочка указала на качалку рядом с креслом Мэри.
— Ничего, если я сяду?
— Думаю, именно так тебе и следует поступить.
— Меня зовут Лэйси, — назвалась она, усаживаясь. — Я дочь Анни О'Нил. Вы ее помните?
Мэри хмыкнула.
— Так же хорошо, как собственное имя. Ты похожа на маму, верно?
Лэйси кивнула, дотронулась до волос.
— Если не считать вот этого, — сказала она, посмотрела на гавань, а потом повернулась к Мэри Пур, устроившись боком в кресле. — Наверное, вам это покажется странным, но моя мама всегда советовалась с вами, если у нее возникала проблема. Вот я и подумала… Ну то есть я, это, подумала, что могу, типа, тоже попытаться.