— Ты сам начал. Я была вполне счастлива, слушая радио Это тебе захотелось поговорить. — Лэйси развернулась и ушла в дом.
В девять часов Алек позвонил Оливии из кабинета, слишком раздосадованный ее поведением, чтобы ждать до половины одиннадцатого.
— Покупка часов меня огорчила.
— Они дешевые.
— Дело не в деньгах. — Алек сделал паузу. — Да и не в часах тоже. Ты попросила Лэйси звонить тебе в полночь Это лишнее. Я сам могу позаботиться о ней, Оливия.
Она ответила не сразу.
— Ей нужны некоторые… рамки, Алек. Лэйси необходимо знать, что ты интересуешься ее жизнью, хочешь знать где она и чем занимается.
Он покачал головой, будто Оливия могла его видеть.
— Я понимаю, что уклад в нашем доме мог показаться тебе странным, но я не собираюсь его менять. Если я начну менять правила сейчас, Лэйси от меня сбежит. Ей необходимы прежние правила, такие, какими они были при Анни.
— Какие правила? Вы позволяли девочке делать все, что заблагорассудится. Она же еще ребенок, Алек. Ей нужны родители.
— И ты решила сыграть роль матери? Ты провела с ней совсем мало времени, Оливия. И это не сделало тебя матерью Лэйси.
Оливия молчала, и Алек зажмурился, мгновенно пожалев о своих словах. Он понял, что ревнует дочь к Оливии, ревнует к их дружеским отношениям.
— Я кладу трубку, — предупредила Оливия.
— Оливия, я…
— Давай просто закончим на этом разговор, хорошо? Всего хорошего.
43
Лэйси звонила Оливии четыре раза подряд, дважды из дома, дважды откуда-то еще. Оливия просыпалась, когда звонил телефон. Голова у нее кружилась, ее немного подташнивало, но она не собиралась отменять выдвинутое Лэйси условие.
— Отец сказал, что я не обязана тебе звонить, — огорошила ее Лэйси в первую же ночь. Она была у подруги, и Оливия слышала смех и громкую музыку.
— Что ж, он прав, — согласилась Оливия. — Ты не обязана, но мне бы хотелось, чтобы ты звонила, иначе я буду за тебя волноваться.
— Хорошо, — легко согласилась Лэйси. — Буду звонить. Алек звонил Оливии пару раз после того спора о часах, просил прощения за то, что взорвался, и Оливия его простила. Но эта размолвка отразилась на их отношениях, и Оливия больше не чувствовала прежней близости к нему. И была этому рада.
На пятую ночь Оливия автоматически проснулась в полночь, схватилась за трубку телефона и тут сообразила, что он не звонил. Возможно, Лэйси осталась дома, заснула и теперь спокойно спит в своей постели. Оливия смотрела, как сменяют друг друга зеленые цифры на электронном будильнике.
Наконец в половине первого раздался звонок. Оливия подняла трубку и услышала, что Лэйси плачет и что-то бормочет.
— Мне кажется, ты слишком много выпила, » Лэйси, — упрекнула девочку Оливия.
Лэйси какое-то время только всхлипывала в трубку. Потом сказала:
— Мне страшно.
— Что случилось?
Лэйси снова помолчала, пытаясь справиться с собой.
— У меня не было месячных.
— И большая задержка?
— Я не уверена. Я не помню.