Фис кивнул:
– Совершенно верно. Так что не беспокойтесь, на дверцах нет гербов Дансбери.
Лилит всю дорогу через Гросвенор-стрит до Сейвил-роу сидела молча. На сей раз и Джек не был расположен к беседе, ему требовалось многое обдумать. У поворота к Бентон-Хаусу маркиз велел кучеру остановиться, и Лилит вздрогнула от резкого толчка.
– Тебе не надо выходить, – сказала она, когда он поднялся и открыл дверцу.
– Я большой мастер пробираться незаметно, – ответил Джек, понимая, что ему просто хочется оттянуть момент расставания.
Выглянув из кареты, Джек окинул взглядом узкую улочку, однако ничего подозрительного не заметил. Он помог Лилит выбраться из экипажа, и они тут же направились к лазу в ограде и пробрались в сад. В конюшне было тихо, а в доме светилось лишь кухонное окно на первом этаже.
– Ты спустилась по этой стене? – спросил Джек, указывая на увитые розами шпалеры, достигавшие крыши.
– Ты с ума сошел? – прошептала Лилит. – я ушла через черный ход. Думаю, что и войду тем же путем.
– Шпалеры были бы безопаснее, если ты не хочешь наткнуться на кого-нибудь.
– Не имею желания быть исколотой шипами. – Лилит улыбнулась. – Спасибо, Джек, что проводил меня.
– И это все? – Он шагнул к ней.
– Я… – Она встретила его взгляд, и в ее глазах он увидел страсть и желание. – Я думаю, Джек, что так и должно быть…
Он откинул капюшон с ее лица и нежно поцеловал ее.
– Только на время, Лил. Не думаю, что я смогу отказаться от тебя.
– Но, Джек…
Маркиз прижал палец к ее губам:
– Скоро увидимся, Лил.
Он снова ее поцеловал, и Лилит ответила на его поцелуй – было совершенно очевидно, что ей тоже не хотелось расставаться с ним.
– Прошу прошения… – послышался вдруг чей-то голос.
Джек вздрогнул и инстинктивно заслонил Лилит. Обернувшись, он увидел Милгрю, конюха Бентонов. Пожилой шотландец внимательно смотрел на них, но казалось, что он нисколько не удивился этой встрече.
– Милгрю. – Джек улыбнулся. – Прекрасное утро для прогулки, верно?
– Да, вы правы, – кивнул конюх. – Но все-таки прохладно. Пойду-ка я на кухню и заварю себе чашку чаю, – продолжал он с легким шотландским акцентом. – Может, мисс Лилит пожелает пойти со мной… А знаете, так надежнее. Будем знать наверняка, что некоторые… любопытные еще не проснулись.
Джек снова улыбнулся:
– Прекрасная мысль, Милгрю. Спасибо тебе.
– Да, спасибо, Милгрю, – добавила Лилит. Она снова взглянула на Джека. – Что ж, мне пора.
– Будь осторожна, – прошептал маркиз. – И держись подальше от Дольфа, если сможешь. Пока мы не узнаем. Или пока ты не примешь решение.
– Постараюсь, – кивнула она.
Джек посмотрел, как Лилит с конюхом проскользнули в дверь черного хода. Затем повернулся и направился обратно к карете.
– Туда, откуда ты приехал, – приказал он кучеру. Карета тряслась по дороге, но Джек едва ли замечал тряску – он думал о Лилит. Она, вероятно, уже делала все возможное, чтобы забыть эту ночь. Вероятно, она уже сожалела, что сбежала с бала. А вот он сомневался, что сумеет забыть эту ночь. Да и не хотел забывать.
Да, теперь уже бесполезно и глупо отрицать, что он влюблен в Лилит Бентон. Вероятно, он был влюблен в нее с той самой минуты, как впервые увидел. Она оказалась единственной женщиной, на которой он, возможно, мог бы жениться, но, увы, она ему не принадлежала и не могла принадлежать.