– Не выдумывай, Лилит. – Джек быстро застегнул пуговки на ее спине. – Твой отец не имел права подвергать тебя всему этому. А Дольф Ремдейл – чванливый осел.
– Не имеет значения, – возразила Лилит. – Я дала свое согласие.
– В самом деле? Мне кажется, тебя вообще не спрашивали.
Она повернулась, чтобы взглянуть на него, и тревога на ее лице сменилась невыразимым страданием.
– О, Джек…
«Возможно, я мог бы помочь ей, – подумал маркиз. – Бесспорно, у меня ужасная репутация, но это можно исправить. К тому же у меня титул».
– Послушай, Лил, я…
– Пожалуйста, обещай, что никому не расскажешь, – перебила она. – Сейчас еще рано, и если я смогу вернуться так, чтобы никто…
Джек криво усмехнулся и воскликнул:
– Самая благовоспитанная молодая леди – в объятиях самого известного распутника?! Даже если я расскажу об этом, никто мне не поверит. Да, Лилит, никто не поверит.
Он взял Лилит за подбородок, собираясь смахнуть слезы с ее лица, но не сдержался и поцеловал ее. И она не сопротивлялась, напротив, обвила руками его шею и ответила на поцелуй. Когда же поцелуй их прервался, она внезапно улыбнулась и сказала:
– А я бы поверила, Джек. Не такой уж ты ужасный, что бы люди ни говорили.
– В таком случае ответь мне на два вопроса, – проговорил он, подавая ей шпильку. – Ответишь?
– Это зависит от вопросов.
Джек направился в гардеробную и, не закрывая дверь, скинул халат и принялся одеваться.
– Лилит, скажи, ты и в самом деле думаешь, что Дольф убил своего дядю?
Лилит помолчала, глядя на тлеющие в камине угли.
– Да, думаю, что смог бы, – ответила она наконец. – А второй твой вопрос?
– Что ты собираешься теперь делать?
– Ты о чем?
Джек вышел из гардеробной, застегивая жилет.
– Скажи, Лил, ты собираешься выйти замуж за убийцу? Или же попытаешься этого избежать? – Джек чувствовал, что ревнует; однако ничего не мог с собой поделать. – Конечно, нет необходимости решать прямо сейчас, – продолжал он, – но все же тебе следует об этом подумать.
Джек тут же пожалел о своих словах, ведь его также считали убийцей. Он стиснул зубы, вспомнив прекрасную Женевьеву, собиравшуюся выдать его Наполеону в обмен на мешок золота.
Снова пробили часы, и маркиз надел сюртук.
– Лил, давай я отвезу тебя домой.
Несмотря на ранний час, Фис был уже на ногах и ждал их в холле.
– Сэр, я взял на себя смелость нанять карету, – сказал дворецкий.
Джек кивнул. Хотя он ничего не говорил Фису и Мартину о Лилит Бентон, но они оба, казалось, чувствовали, что она не относится к его обычным ночным посетительницам.
– Благодарю тебя, Фис, – сказал Джек. Он помог Лилит надеть плащ.
– Наемная карета? – спросила Лилит, покосившись на дворецкого.