Третья Мировая война: нерасказанная история: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Препятствия для переговоров устранялись одно за другим. Арабское единство в значительной степени было восстановлено. ООП и арабские лидеры выразили готовность признать право Израиля на существование. Давление на Соединенные Штаты со стороны как арабских стран, так и Западной Европы позволило совершить непростой скачок от Кемп-Дэвида к реальному определению Палестинской автономии. Новое правительство Израиля, совершив предоставленный ему Соединенными Штатами и Советским Союзом выбор, решило ответить взаимностью, официально отказавшись от прежней политики аннексии и колонизации. Путь переговорам на международной мирной конференции был, наконец, открыт. Реально началось то, что сейчас признано действующей формулой, позволяющей вести реальные переговоры. В декабре 1983 года работа была в разгаре. Наконец, после интенсивных международных дебатов в Совете Безопасности ООН было достигнуто соглашение и принята новая резолюция Совета Безопасности.

Ее главным отличием от Резолюции 242 было, конечно, то, что основным ее содержанием было право палестинцев на самоопределение. Она была результатом самостоятельного анализа ситуации и путей ее реализации, в то же время следует отметить, что она не полностью соответствовала «восьми пунктам принца Фадха». Новая резолюция содержала пять основных положений:

1. Прекращение любых форм насилия и строительства Израильских поселений на оккупированных территориях.

2. Создание комиссии по установлению границы, которая заслушает обе стороны и выработает рекомендации по постоянной «безопасной и признанной» границе;

3. Над Восточным Иерусалимом, Западным берегом реки Иордан и Сектором Газа (а также над Голанскими высотами) устанавливается период международной опеки, в течение которого палестинцы смогут реализовать свое право на самоопределение, избрать своих лидеров и решить вопросы относительно своей конституции и своих отношений с соседями.

4. Предоставляются международные гарантии (включая создание демилитаризованных зон, а также ограничений на размещение некоторых вооружений, особенно ОТРК и ЗРК) на сохранение права каждого государства региона жить в мире «без угроз и насилия»;

5. Заключительная мирная конференция пройдет в Женеве под совместным председательством Соединенных Штатов и Советского Союза (с участием палестинцев в лице избранных представителей) прежде, чем будут подписаны мирные договоры. Единодушная поддержка Резолюции 242 1967 года была замечательной. Поддержка новой резолюции была не меньшей. В частности, была отмечена готовность Советского Союза действовать в направлении, которое явно соответствовало интересам США. Наблюдатели, однако, отмечали, что между двумя Резолюциями прошло шестнадцать лет, в течение которых для реализации первой было мало что сделано, если оставить в стороне Кемп-Дэвид. В любом случае, в этот момент Советский Союз не был намерен неумолимо противодействовать умеренным арабским государствам во главе с Саудовской Аравией, так как СССР полагал, что просоветские арабские страны, такие как Сирия и Южный Йемен смогут, когда начнутся фактические переговоры по новой резолюции защитить его интересы под видом своих собственных. Так в действительности и случилось.

Прежде, чем мы рассмотрим ситуацию, когда реальные переговоры обернулись опасной конфронтацией между сверхдержавами, необходимо сказать несколько слов о Иерусалиме. Всегда было ясно, что на Ближнем Востоке не может быть мира без мира в Иерусалиме. Тем не менее, реальный мир в Иерусалиме был недостижим путем установления чьей-то власти; он был достижим только через свободу для всех. Иерусалим должен был стать своего рода воротами мира. Дипломатическая активность в Совете Безопасности ООН с европейской инициативой, возглавляемой Великобританией привела к принятию резолюции по Иерусалиму, реализация которой должна была разворачиваться параллельно с более широкой резолюцией Совета Безопасности. Ее положения, направленные на превращение Святого Города в символ свободы и мира, принимаемый и уважаемый всем человечеством, были следующими:

1. Будут существовать Израильский Иерусалим и Арабский Иерусалим. Каждый из них будет иметь полный суверенитет над своей частью города, однако не будет никаких барьеров и ограничений свободы перемещения между ними;

2. Генеральным секретарем ООН назначается беспристрастная комиссия по границе, которая заслушает предложения и подготовит рекомендации для Совета Безопасности по вопросу, где будет проходить граница между Израильской и Арабской частями Иерусалима;

3. Святой Город полностью демилитаризуется;

4. Генеральный секретарь назначает верховного комиссара (и его заместителя), которые будут размещены в Иерусалиме, представляя Организацию Объединенных наций и работая со всеми заинтересованными сторонами над путями укрепления и обеспечения действия резолюции, и предоставляя доклады Генеральной Ассамблее и Совету Безопасности.

Таким образом, было не только выработаны международные действия, обеспечивающие постоянный мир в Иерусалиме и на Ближнем Востоке, но и созданы необходимые механизмы их реализации. В настоящее время мы не будет касаться детального рассмотрения реализации этих механизмов в последние месяцы 1983 и в начале 1984 года. Это вне наших задач. То, на что мы должны обратить внимание теперь, произошло в Сирии летом 1984 года и едва не положило конец всем миротворческим инициативам, поставив две сверхдержавы на грань войны на Ближнем Востоке за год до того, как началась война на Центральном фронте в Европе.

Стало ясно, что наряду с миротворцами действовали и мироломцы. Поначалу казалось, что целый ряд действий, направленных на слом мирных инициатив был совершен непримиримыми экстремистами. Учитывая их нестандартность и многочисленность, как не парадоксально, можно было говорить о том, что они были результатом действия организованной международной сети, такой как Черный Интернационал или даже объединенных Красного и Черного Интернационалов. Эта связь так и не была надежно установлена. Западные источники предполагали, что эти многонациональные силы концентрировались вокруг Палестинского фронта Отказа и были, конечно, вооружены Советским Союзом, и — как теперь следует из некоторых источников — направлялись из Москвы. Было неудивительно, что Советский Союз и его приспешники заняли иную позицию, обвиняя во всем ЦРУ. Все подобные заявления окрашивались политическими установками тех, кто их выражал. Первоначально, однако, эти ужасные действия имели не столь выраженную направленность. Эффект они оказали сами по себе.

Взрыв в аэропорту Каира, при котором погибли или получили увечья более 350 человек, был сам по себе чудовищен. За ним последовало убийство специального представителя Президента США в Тель-Авиве. Некоторые циники отметили, что это был самый сильный удар ООП по миру из всех, нанесенных ею ранее. Убийство шестнадцати военнослужащих американского контингента в составе миротворческих сил ООН на Синае было тут же приписано Палестинскому фронту Отказа — пули, извлеченные из тел убитых, были выпущены из советского оружия. Все это поколебало мнение США относительно приверженности Советского Союза миру. Советский Союз с не меньшим скептицизмом задумался об истинных намерениях американцев, когда бывший советский представитель на мирной конференции был похищен, подвергнут пыткам и убит. Возможно, существовали доказательства, что это было делом рук итальяно-нацистско-маоистской группы, однако это не помешало советскому союзу обвинить во всем ЦРУ. Эти обвинения и недоразумения вряд ли сделали что-то для обеспечения нормального хода мирных переговоров в Женеве.

Наихудшие события разворачивались в Сирии, и сирийские власти не промедлили обвинить во всем радикальные израильские силы, которые, как они утверждали, действовали в Сирии при поддержке Моссада. Офис президента в Дамаске был взорван во время совещания на высшем уровне. Хотя некоторые легкомысленные политические комментаторы поспешили заявить, что теперь встреча продолжиться на еще более высоком уровне, реальностью было то, что президент, его брат, другие министры и некоторые старшие офицеры были убиты. Одновременно последовали диверсии на десятке военных баз, были разрушены топливные склады, электростанции и телекоммуникационные центры, что заставило сирийское правительство ввести военное положение. Если бы это действительно последним отчаянным нападением на Сирию тайных израильских сил, оно было успешным.

Затем еще два акта насилия потрясли весь мир. На сирийской военно-морской базе в Тартусе два тральщика и зашедший с визитом советский фрегат были уничтожены минами, убив и ранив много сирийских и советских моряков, а в Эль-Рияде самолет ДРЛО, который должен был быть передан ВВС США в королевские ВВС Саудовской Аравии, взорвался в полете. Все на борту погибли.

Страх, помноженный на неопределенность, охватил миротворцев. Советский Союз обвинял США в саботаже мирного процесса, чтобы сохранить стратегическое господство на Ближнем Востоке через своего союзника — Израиль. Соединенные Штаты в ответ обвинили Советский Союз в намерении создать военные базы в Сирии, чтобы распространять свое влияние на восток и юг.

Для последнего обвинения, как представлялось, были некоторые основания. Сирия, либо под влиянием паники, либо в результате манипулирования ею, приняла решение никогда не идти на компромисс с Израилем и еще раз обратилась к Советскому Союзу с просьбой о быстрой и существенной демонстрации дружбы и готовности к выполнению договора о безопасности. Просьба не осталась без внимания.

Советская средиземноморская Пятая эскадра перебазировалась на военно-морскую базу в Сирийской Латакии, а подкрепления с Черноморского флота проходили Дарданеллы так часто, что турецкой правительство позволило бы это, в соответствии с конвенцией Монтре. Надводные корабли советской эскадры Индийского океана в составе ракетного крейсера, двух фрегатов и трех вспомогательных судов, вернулись в Аден. Между тем поток «Антоновых» доставил оружие, оборудования и войска в Дамаск через воздушное пространство Турции, дав минимальное предупреждение по обычным дипломатическим каналам. Турция в сильных выражениях заявила протест и получила невежливый и угрожающий ответ от Советского Союза. Несмотря на угрозу, Турция переместила воздушные и наземные силы к границе с Сирией, а также Ираком и Иорданией, в то время как турецкий флот развернул несколько подводных лодок, а также минных и торпедных катеров в Дарданеллах. Египет перебросил дополнительные авиационные и танковые силы на Синайский полуостров. США приняли решения продемонстрировать готовность поддержать своих союзников, заявив предупреждение Советскому Союзу. Подразделения быстрого развертывания были направлены в Египет и Сомали. Даже Иордания приняла некоторых американских военных советников и самолеты АВАКС. Шестой флот США занял выжидательную позицию на юго-востоке от Кипра. Два американских эсминца действоваших в Красном море совместно с Египетскими силами с базы Рас Банас, отошли на юг, чтобы встретиться с авианосной ударной группой.

Ситуация казалась столь серьезной, что командование НАТО приняло решение издать определенное предупреждение в Европе, в то время как Варшавский договор проводил длительные и усиленные учения в Болгарии. В Великобритании началась ограниченная мобилизация резервистов, а палата общин поставила на обсуждение вопрос о создании территориальной армии. Франция и Италия провели совместные военно-морские учения в западной части Средиземного моря.

Худшее все же случилось. Произошло несколько резких морских и воздушных столкновений между сирийскими и американскими войсками в восточной части средиземного моря, а также между советскими и израильскими силами. Все они, естественно, были замяты и в то время замалчивались. По счастливой случайности, там не присутствовало никаких телеоператоров. И американские и советские войска получили строгий приказ избегать прямого столкновения с главным антагонистом, но было лишь вопросом времени, когда стороны случайно или спланировано откроют огонь друг по другу. Сверхдержавы действительно оказались на пороге войны. И из-за чего? Из-за сирийской непримиримости. Горячая линия между Москвой и Вашингтоном стала действительно горячей. Эо придало больше веса призывам генерального секретаря ООН о немедленном проведении в Женеве международной конференции по урегулировантю разногласий и возобновлению мирного переговоров под его председательством. Все заинтересованные стороны согласились на это.

Так вышло, что в последние месяцы 1984 года переговоры относительно будущего Иерусалима и создания автономного палестинского государства, совместно с международными гарантиями, направленными на сохранение права всех государств региона жить в мире «свободном от угроз и насилия» возобновились и, можно сказать, увенчались успехом. К весне 1985 года была созвана конференция под председательством Соединенных Штатов и Советского Союза, заложившая основы для подписания мирных соглашений всеми заинтересованными сторонами.

К тому времени был достигнут значительный прогресс. Насилие прекратилось. Израильские поселения были выведены с оккупированных палестинских и арабских территорий. Комиссия по пограничному урегулированию выдала свои рекомендации, которые были одобрены всеми заинтересованными сторонами. Будущее Иерусалима было обеспечено новой резолюцией Совета Безопасности ООН. Палестинцы согласились на проект будущей конституции и создание Палестинского Национального Совета, в котором совместно с членами Организации Освобождения Палестины присутствовали представители большинства партий вновь избранного палестинского парламента. Основными гарантами новых соглашений должны были стать Советский Союз и Соединенные Штаты, а также миротворческие силы, развернутые на ранее спорных участках бывшей линии противостояния. Эти силы должны состоять, в основном, из подразделений стран третьего мира и не включать ни советских, ни американских войск. Оставалось лишь окончательно подписать договоры и приступить к их реализации.

Этого так и не случилось, по крайней мере, не таким образом. Прогресс на Ближнем Востоке обогнала начавшаяся Третья Мировая война.

Сверхдержавы оказались очень близки к войне на Ближнем Востоке, поэтому будет интересно рассмотреть военный потенциал как различных стран региона, так и внешних сил, имевших интересы в этих странах.

Если бы количество само по себе определяло военное превосходство, баланс бы однозначно склонился в пользу арабских стран. Египет, Сирия, Ирак, Саудовская Аравия и страны Персидского залива, не говоря уже о Судане, Алжире и Марокко, имели под ружьем более миллиона человек, не считая резервистов, тогда как вооруженные силы Израиля насчитывали всего 170 000, хотя мобилизация, которая была бы быстрой, позволяла удвоить этот показатель. Были, конечно, и миротворческие силы Организации Объединенных Наций, развернутые поблизости от спорных участков границ — на западном берегу реки Иордан, Секторе Газа, Синае, Голанских высотах и Иерусалиме — но эти силы были небольшими и легковооруженными. Что же касается Соединенных Штатов и Советского Союза, то их присутствие в центре событий — в новом палестинском государстве и странах, граничащих с Израилем — было представлено, в основном, советниками и инструкторами. Правда, Советский Союз все еще имел почти 100 000 контингент в Афганистане, но эти силы были связаны. Морские и воздушные силы, которые обе сверхдержавы периодически направляли в дружественные арабские порты и авиабазы были, после прекращения прежнего противостояния, довольно скромных размеров.

Но игру делали не только цифры. Когда напряженность в Европе возросла, а Варшавский договор и НАТО начали мобилизацию, передислокацию и усиление своих войск, сопоставимые процессы наблюдались и на Ближнем Востоке. Но затем стало ясно, что арабские страны, во главе с Саудовской Аравией и Египтом не намеревались использовать военную силу против Израиля, но были полны решимости применить ее, чтобы оставить открытыми пути к миру. В то же время, Израиль также должен был сохранять спокойствие. Соединенным Штатам пришлось помочь ему в этом. Арабские страны, отказавшись от того, что, казалось, могло дать временное преимущество, смогли провести свою политику с великодушием, плоды которого вскоре пригодились в ходе успешного завершения мирного урегулирования на Ближнем Востоке вскоре после того, как военные действия между сверхдержавами закончились.

Египет, чьи новые отношения с Ливией позволили значительно сократить силы, патрулировавшие границу с ней, не смог усилить свою группировку на Синае из двух танковых и двух механизированных дивизий, однако укрепил гарнизоны на юго-востоке вблизи Рас-Банаса, оставив сильный резерв неподалеку от Каира и Суэца. Египетское Командование ПВО имело 200 перехватчиков и зенитно-ракетные бригады, прикрывавшие центральные стратегические базы и подходы с северо-запада и юго-востока. 300 боевых самолетов ВВС были примерно равномерно распределены для поддержки армии. Флот сохранил обычное распределение подводных лодок, эсминцев и катеров между восточной частью Средиземного моря и Красным морем.

Основной проблемой Саудовской Аравии были Северный и Южный Йемен. Две Саудовские бригады, с силами поддержки и самолетами оставались на северо-западе страны, остальные четыре бригады с мощной авиационной поддержкой и патрульными силами Пограничных войск находились на юго-западе. Корветы и патрульные катера Саудовского военно-морского флота базировались как в Красном море, так и в Персидском заливе.