— На какого-то ты похож… — сказал Гаврила. — Припомнить бы только…
— Развяжите…
Старичок делался все более и более жалким. От его злости не осталось и следа. Теперь он просил, теперь он умалял, теперь он унижался. Решив, что раз не удалось освободить медвежонка, то нужно освободить хотя бы этого старика Исин разрезал веревки. Картага дернулся, и не удержавшись, упал за дерево. Теперь они не видели его, а только слышали вздохи и жалобы. Старик причитал что-то неразборчивое.
— Ну, где ты там?
Старик молчал.
— Вылезай!
Избор обошел вокруг, что бы помочь, но за деревом уже было пусто. Только над головой вертела шишку непонятно откуда взявшаяся белка. Старик исчез, пропал, растворился в воздухе. Воевода удивленно почесал затылок.
— Пропал…
Гаврила, встав рядом, провел рукой по смятой траве.
— И «спасибо» не сказал… А ведь мог бы, не треснул бы…
Исин потащил меч, но Гаврила остановил его.
— Незачем… Пойдем отсюда, пока и мы не пропали…
Вернувшись на дорогу, люди двинулись против солнца. Они шли молча, и когда Избор оборачивался то каждый раз натыкался на отсутствующий взгляд Гаврилы. Избор подумал, что им повезло, что солнце светит Гавриле в спину, и тому нет необходимости идти спиной вперед. В очередной раз оглянувшись, он увидел посветлевший и осмысленный взгляд.
— Вспомнил?
— Старичка-то?
Гаврила неопределенно покачал головой.
— Вспомнил, только не того.
Избор удивленно наклонил голову.
— Как это так?
Гаврила немного помялся, потом ответил.
— Слышал я, что был в этих местах такой колдун. Имени его никто не знал, а в народе его кликали Старичок с Ноготок, Борода с Локоток… Хоть и длинно, зато точно. Похож на старичка нашего.
— Похож, — согласился Исин. — А почему думаешь, что не он?
— Этот имя свое назвал…
— Ну и что?
— Тот свое имя открывал только тем, кого убить хотел. А мы живы…
Избор погладил швыряльные ножи.
— На нашу долю остроголовых хватит, да песиголовцев. Куда уж нам еще этого…
Тропинка вильнула влево, обходя кусты длинношипного боярышника, а потом почти тут же свернула вправо, сделав петлю. Дорога вела себя так, словно была живой. Ей не хотелось царапаться о колючки и обогнув кусты и почти сделав петлю вернулась к прежнему направлению. Люди, обойдя кусты, просто последовали ее примеру. Сразу за боярышником тропинка перебегала полянку, ныряя с другой стороны в заросли шиповника. Ветер беззаботно гонял по поляне запах созревающих ягод. Избор зажмурился на мгновение и вздохнул полной грудью…
— Во! — сказал озадачено Гаврила. Избор открыл глаза, но даже не полюбопытствовал, что там такое увидел его приятель. С его стороны вылезало точно такое же «Во» — рослый песиголовец при оружии и наглой улыбке на морде.
— Ух ты! — пробормотал Исин. Тут же за голосом последовал шелест. Хазарин обнажил меч. Избор, цепким взглядом удерживая подходившего песиголовца, сделал то же самое.