15
1920–1925
СЭМЮЭЛЬ ЛОУРЕНС
– Пожалуйста, Рейчел. Нам надо поговорить! – умоляющим тоном проговорил Сэм Харрингтон.
– Но мы и так говорим.
Его взгляд невольно обратился к няне, гуляющей с его дочерью.
– Я имею в виду… Черт… Я должен увидеться с тобой еще раз.
– В самом деле? – Она смотрела на него так, словно он сказал нечто забавное.
– Пожалуйста, скажи. Время. Место. Где угодно, когда угодно. Завтрак. Обед. Ужин. Пожалуйста…
Она прикинула и предложила встретиться за чашкой чая.
– В следующий четверг. У Бреворта. – Она улыбнулась, а потом прибавила беспечным тоном: – Но я, конечно, ничего не обещаю. Может быть, у меня получится, а может, и нет.
Его возбуждение вызывало в ней ответное волнение до самого дня предстоящей встречи. Аарон Леви, который обедал с ними накануне, заметил:
– Посмотри на нее, Вилли. Сегодня твоя жена просто сияет от радости. С чем это связано, Рейчел? Мы, случаем, не ожидаем пополнения?
Рут дотронулась до руки мужа:
– Нельзя же так прямо? Смотри, как она смутилась.
– Это правда, дорогая? – Голубая жилка от волнения забилась на виске у Вилли. Он с большим нетерпением дожидался этого известия, хотя несколько раз повторил Рейчел, что ей сначала, несомненно, надо как следует окрепнуть. До сего времени он продолжал беспокоиться о состоянии ее здоровья.
Как всегда, когда Вилли вызывал у нее особенное раздражение, она начинала твердить себе, что это человек, который спас ей жизнь. Она совершила сделку и обязана выполнять условия договора. А замужество, как она успела понять, чрезвычайно удобная вещь. У нее никогда не было отца, зато она заполучила заботливого и внимательного мужа, который в какой-то мере заменил его. Сегодня благодаря ему она смогла выполнить давно созревшее желание – сняла наконец нужное помещение для мастерской.
– Вы заключили хорошую сделку, мадам, – похвалил ее посредник. Разумеется, муж тотчас подписал договор об аренде.
Рейчел сжала руку Вилли:
– Пока еще нет. Но, думаю, что вскоре это произойдет. Мы попытаемся.
А ночью, когда муж заснул, она представила себе каждую деталь своего завтрашнего наряда. Может быть, надеть тот же самый, первый выходной костюм? Пока она лежала больная, Рут отдала его в чистку, потому что он слегка испачкался, когда она упала на мостовую перед автомобилем. Потом Рейчел сама запаковала его хорошенько и уложила на антресоли. Если она снова вытащит его и наденет, это может просто ошеломить Сэма. Она могла бы даже приколоть брошку и купить букетик гардений… Эта идея на некоторое время воодушевила Рейчел, но потом она отвергла ее. Костюм – часть ее прошлого. А она ничего не хотела возвращать оттуда – даже черепаховый гребень, подарок Бекки.
Нет. Пусть лучше Сэм увидит не то, кем она была, а кем она стала. Пусть он поймет, что потерял. Что он так бессердечно отверг. Она наденет что-нибудь новенькое из того, что сама скроила по собственному вкусу. То, что произвело такое впечатление на компаньонов Вилли. И что, несомненно, поразит и его.
Рейчел вздрогнула от нетерпения. Муж открыл глаза.
– Дорогая! – сонно проговорил он и протянул руку.
Кажется, это был самый подходящий момент, чтобы небрежно бросить:
– Вилли, дорогой, чуть не забыла. Я завтра договорилась об одной деловой встрече за чаем. Так что, может быть, чуть-чуть опоздаю к обеду.
То, что она задумала, конечно, было не очень хорошо, но это ее не заботило. Где-то около половины первого Рейчел заняла место за столиком рядом с пальмой, отсюда ее не было видно, она же могла следить за Сэмом, как он сядет, как будет делать заказ и ждать ее. Она отметила, что он пришел с букетиком гардений, наблюдала, как выпил несколько чашечек чая, как его нетерпение начало расти, как менялось выражение лица и как, наконец, он позвал официанта, чтобы рассчитаться.
– Мистер Харрингтон? – проговорила Рейчел, двигаясь к нему навстречу по проходу и чувствуя восхищенные взгляды, которые бросали в ее сторону сидевшие в кафе мужчины.
Она раскроила это платье по косой линии таким образом, что оно очень красиво облегало ее фигуру.
Он не успел выговорить ни слова, как она приложила палец к его губам:
– Шшшш. Я знаю, что опоздала. Надеюсь, ты извинишь меня? А теперь расскажи мне все о себе… – и она села в кресло рядом с ним.
– Я думал, что ты не придешь…