— Я не знаю... — растерянно произнесла Айрин.
— Я подумал, что мы могли бы поужинать в субботу и сходить в кино. Или просто встретиться где-нибудь и погулять. Что ты предпочитаешь? — Не получив сразу ответа, он заговорил снова. Теперь его голос звучал мягче. Айрин, только не делай из этого проблему. Ты сказала, что не готова к серьезным отношениям. Полагаю, тебе просто нужно время, чтобы выбраться из тех тисков, в которые ты себя загнала. Считай, что мы с тобой просто друзья и можем иногда вместе проводить свободное время. Без всяких обязательств. Каждый имеет право в любой момент отказаться. Если кому-то из нас захочется более серьезных отношений, мы вместе обсудим это, как взрослые люди. Ты согласна?
Глаза Айрин потемнели. Невидящим взглядом она уставилась в стену комнаты. Он говорит так, словно предлагает заключить сделку.
Она сама не знала, радоваться ей или обижаться на недостаток эмоций в его голосе.
— Айрин, ты слышишь меня?
Его спокойный тон вернул Айрин к необходимости что-то ответить. Она глубоко вздохнула. Возможно, то, что он предложил, самое разумное в такой ситуации. Никто никому ничем не обязан.
— Кино и ужин в субботу звучат привлекательно, — осторожно сказала Айрин.
— Отлично. Я заеду около семи, предварительно заказав билеты на последний сеанс. Какой фильм ты хотела бы посмотреть?
Айрин захлопала ресницами. Ей стало немного стыдно, что она и представления не имеет о том, что сейчас идет в кинотеатрах. Она ни разу не была в кино после рождения близнецов.
— Полагаюсь на твой выбор, — поспешила ответить она.
— Я приготовлю тебе сюрприз, — нежно пообещал он.
6
— Он снова пригласил тебя! — произнесла Джун таким тоном, словно ее дочь объявили нобелевским лауреатом.
— Успокойся, мама. Мы встречаемся как друзья, — мягко предупредила Айрин, кивнув на мальчиков, которые с интересом смотрели на покрасневшее лицо матери.
Джун среагировала моментально.
— Ну, разумеется, вы всего лишь добрые Друзья.
— Давай ужинать, — предложила Айрин.
— Как скажешь, дорогая. Сейчас принесу!
И Джун понеслась на кухню, не чуя под собой ног от радости за дочь. Удивительно, как Эдварду легко удается очаровывать женщин, с легким раздражением подумала Айрин, глядя вслед матери.
— Звонил тот человек, который прислал цветы? — спросил Майкл и полез к матери на колени.
— Да, мой зайчик.
— Он мне понравился, — важно сообщил ей Майкл.
— И мне тоже по нравился, — сказал Николае и попросился к матери на колени.
Прижав их к себе, Айрин задумалась, хорошо ли, что все члены семьи оказались на стороне Эдварда Фроста. И чем это может обернуться для них в дальнейшем?
Но в первую очередь знакомство с Эдвардом Фростом обернулось для Айрин совершенно другой жизнью. С ним она стала посещать театры, выставки, концерты. Он водил ее в ночные клубы, где они танцевали, в кино, даже уговорил покататься на коньках. Несколько раз просил ее посетить с ним аукционные распродажи антикварной мебели. Практически они стали видеться каждый день то за ланчем, то за ужином. Айрин удивлялась, что, несмотря На развлечения, продолжает успевать делать все, что делала и раньше. У нее как будто сил прибавилось. Айрин с удовольствием приобщилась к той жизни, которая раньше проходила мимо нее. И все-таки ощущение, что она живет не своей жизнью, оставалось.
В то субботнее утро перед Рождеством Айрин смотрела из окна кухни на возню воробьев около кормушки в саду. С мыслями об Эдварде она не расставалась теперь ни на минуту. За прошедшие недели она привыкла к его обществу.
Она отдавала себе отчет, что с каждым днем он нравится ей все больше, и это серьезно беспокоило ее. Она так и не сумела разобраться в нем. Эдвард с первого дня знакомства поразил ее своей выдержкой и умением держать дистанцию при любых обстоятельствах. Его холодная сдержанность настораживала и пугала Айрин. Несмотря на постоянное общение, ей так и не удалось проникнуть за тот барьер, которым он оградил себя. Самое смешное, что накануне Эдвард обвинил ее в том же самом.
— Скажи, что нужно сделать, чтобы уничтожить возведенную тобой баррикаду? — нежно спросил он, когда они возвращались из театра.
— Я тебя не понимаю.
— Ты понимаешь, что я имею в виду, Айрин.