Шестой «Б» мы просто ненавидим. У нас в классе про шестой «Б» даже говорить воспрещается. За это пенделей дают. Они нас все время дразнят из-за пузырьков. Главное, что мы не виноваты. Из-за этого еще обиднее.
В самом начале года мы собирали аптекарские пузырьки. Владик, наш пионервожатый, вызвал их на соревнование. А нам забыл сказать. Они набрали сто пятьдесят два, а мы всего восемь штук. Просто нам не повезло — в наших домах все какие-то здоровые, пузырьков не было. Да еще ребята не знали про соревнование — зайдут в одну-две квартиры, а больше не ходят. Я бы, если знал, в доме все лекарства вылил. У нас пузырьков штук десять. А так я даже и не ходил по квартирам. Я в шайбу играл.
А теперь они нас дразнят. Главное, они придумали, чтобы все время про пузырьки говорить. Им говори что хочешь, а они — обязательно про пузырьки.
— Ну и классик у вас, — говорят они. — Сплошные бездельники.
Мы отвечаем:
— Сами вы бездельники. У нас, например, Таланов сам приемники делает.
Они говорят:
— Это мы знаем. Приемники — конечно, хорошо. А вот как у вас с пузырьками?
Мы отвечаем:
— У нас Гера Попов — чемпион района по шахматам.
Они говорят:
— Верно. А как насчет пузырьков?
Мы отвечаем:
— У нас пять круглых отличников.
А они говорят:
— А пузырьков сколько?
Просто замучили нас с этими пузырьками. Мы понимаем, что они нарочно говорят. Они видят, как мы злимся, и говорят назло. Но мы от этого еще больше злимся.
И вот когда я сказал про шестой «Б», сразу стало тихо. Потом Дутов запыхтел:
— Пых… пых… Шмелю — пендель.
Дутов встал, чтобы дать мне пендель. Но его усадили на место и пригрозили, что опять под парту засунут.
И все закричали, что нужно идти на завод. Борька сказал, чтобы подняли руки, кто пойдет. Ребята подняли по две руки. И мы договорились встретиться завтра около кино в половине десятого.
Мы уже хотели уходить, и вдруг прибежал Владик:
— А я думал, вы уже ушли, — сказал он.
— Чего ж ты пришел, если думал? — спросил я.
— Это не твое дело, Шмель! — сказал Владик. — Ребята, у меня важное задание. Завтра в десять часов вы пойдете на сбор пузырьков.
Ребята прямо ахнули. У нас никто слова такого слышать не может — «пузырек». Я сначала даже подумал, что Владик нарочно говорит.
— У тебя важное задание? — спросил я Владика.
— Ну да, важное.
— Чтобы мы пузырьки собирали?
— Ну да. Тебе, Шмель, непонятно?