Королева продолжала молча улыбаться, только улыбка у нее стала, какой-то жалкой. «Словно в дурном сне. Не понимает она меня, что ли?» мелькнуло у Жильцони.
Неожиданно Лили жестом, исполненным той же грации, что и каждое ее движение, показала на свои уши. «Она не слышит, глухая, — догадался Альвар. — Но в таком случае, как же она, танцуя, улавливает ритм музыки?» Жильцони подошел к балерине и поклонился.
Лили показала рукой на свободный стул.
Каждый жест ее был естествен. Не в этом ли заключался секрет успеха Лили Шарло?
«И впрямь королева, — подумал Жильцони. — Глухая королева, которая сейчас, сама того не ведая, навеки осчастливит одного из своих подданных».
Альвар достал блокнот и карандаш и четко вывел на первой странице:
«Я покорен вашей игрой».
Лили тихо повторила:
— Игрой?
«Вы изумительно танцуете», — вновь написал Альвар.
— Вам нравится, честно?
Жильцони энергично закивал, радуясь, что они нашли наконец-то общий язык.
— Всем нравится, как я танцую, — тихо сказала Лили, — кроме одного человека.
— Кто же это?
— Я.
— Вы?
— Мне порой кажется, что я совсем не умею танцевать. Во всяком случае, что я могла бы танцевать гораздо лучше. И сознание этого доставляет мне боль…
Лили потрогала лежащий перед ней букет роскошных роз; улыбнулась своим мыслям.
— Зато когда мне удается станцевать так, как я хочу… это блаженство, — произнесла она.
Жильцони вертел в руках блокнот.
«Танцы — это еще не все в жизни», — написал он после раздумья.
— Я не знаю ничего, кроме танцев.
Жильцони взялся было за пачку сигарет и опустил ее. Он почувствовал, что Лили говорит правду.
— Танцы — это вся жизнь…
Голос девушки, и без того тихий, перешел в еле слышный шепот. Казалось, она засыпает.
Лили Шарло, конечно, можно было назвать гениальной. В своей области. Как балерина она была неподражаема — это-то Альвар понял. Но столь же ясно он понял и то, что Лили Шарло, примадонна Восточного балета, 22 лет, явно не имеет никакого отношения к мю-мезонам, античастицам и кваркам…
Неужели длинный Биг что-то напутал и выдал не ту кандидатуру? Неужели случилась ошибка, одна из тех, которые происходят, по теории вероятностей, хотя бы одна на миллион? Случайный импульс — и Биг выбрал не ту капсулу, которую нужно было, а соседнюю, несмотря на то, что в этих капсулах была совершенно различная информация.
К счастью, Биг не ограничился только Лили Шарли и Альваром Жильцони, иначе список оказался бы исчерпанным.
Выйдя из уборной примадонны, Альвар спрятал блокнот, вытащил записную книжку и аккуратно зачеркнул имя Лили Шарло.
Себя он вычеркнул раньше, учитывая опыт пятнадцатилетних трудов в Вороньем гнезде.