На двери изображена обнаженная нимфа, наполовину погруженная а пену, словно Афродита.
Перед вывеской Исав замедлил шаг и, наконец, остановился. Жильцони решил, что его помощник любуется нимфой — его помощник был неравнодушен к женской красоте.
Исава следовало наказать за самовольное промедление. Жильцони полез в карман, где лежал биопередатчик, но в это время Абор толкнул дверь и вошел в «Салон индивидуального опрыскивания». …В салон вошел субъект с остекленевшим взглядом. Странно улыбаясь, он сделал еще более странный заказ: небесно-голубую форму программиста из обслуживания длинного Бига.
Форма эта не составляла тайны — ее чуть ли не каждый день можно было увидеть на экране телевизора.
Поскольку желание клиента — закон, две девицы, мило улыбаясь, впихнули заказчика в свободную кабину, предварительно запрограммировав опрыскиватели.
Когда через две минуты клиент покинул кабину, голубой пластик плотно облегал его атлетические формы.
Жильцони мысленно отдал команду, и Исав переоделся в старое, а униформу ему завернули в аккуратный пакет. Когда заказчик, расплатившись, удалился все той же сомнамбулической походкой, среди скучающих сотрудников салона развернулись оживленные прения. Жильцони слушал их с интересом. Он по репликам мог догадаться о том новом, что появилось за время его пятнадцатилетнего отсутствия.
— Когда этот тип вошел, я решила, что это робот, клянусь: богом! прощебетала особа, занимавшаяся цветом напрыскиваемой одежды: сотни оттенков пластика подчинялась ей.
«Значит, уже научились создавать роботов», — отметил про себя Альвар.
— Роботам запрещено напрыскивать одежду, — мрачно произнес кассир.
— Вот-вот, — подхватила первая особа. — Я уж совсем было собралась звонить в полицию, а тут он как глянет на меня…
— Как?
— Так умно, пронзительно…
— Робот тоже умеет глядеть, — заметил кто-то из сотрудников салона.
Первая возразила:
— Нет, робот так глядеть не может.
— Ты ошиблась, детка, — заметил рыжий упаковщик, подмигнув остальным. Это был типичный робот.
— К тому же явно несортовой, — подхватила шутку девица, сидящая с ним рядом. — Разве у человека могут быть такие широкие плечи?
— А челюсти! Брр! — добавил упаковщик.
Конец дискуссии положил хозяин салона. Хлопну ладонью по конторке, он произнес:
— Конечно, мы обслужили человека. Разве мы стали бы нарушать закон?
Больше всего на свете Абор хотел, чтобы прекратилась эта тупая разрывающая боль в затылке, которая толкает его на идиотские поступки. Зачем, например, понадобилось ему это дорогостоящее голубое одеяние? И куда теперь нужно идти?
От боли лица окружающих казались зыбкими, нереальными. Мысли, едва зародившись, обрывались, словно кто-то гасил их.
Далеко отсюда, в Скалистых горах Альвар Жильцони сжал в кармане биопередатчик и отдал мысленную команду, — Исав двинулся быстро, почти побежал.
— Так, так, голубчик, — бормотал Альвар, не спуская глаз с экрана. Теперь — прямиком к длинному Бигу, и да поможет тебе бог!..
Повинуясь приказу извне, Исав втиснулся в подземку.
Видимость на экране ухудшилась. Вагон на ходу слегка покачивался световой круг на экране колебался.
Исав сел, прижимая к груди пакет с одеждой. Свободной рукой он время от времени осторожно дотрагивался до затылка.
— Терпи, голубчик. Я вынужден… — прошептал Альвар.
Вагон пулей вылетел на поверхность и, миновав мост, углубился в окраину.