Наконец, объявили начало посадки, симпатичный мужчина в пиджаке проверил талоны, и Тома прошла по самому настоящему тоннелю в салон. Она не знала, что вот так можно попасть на борт. По телевизору она видела, как всякие знаменитости спускаются из самолета прямо по трапу, и надеялась, что будет карабкаться по ступеням и потрогает обшивку своими руками. Но и этот путь оказался удивительным: вроде идешь себе по обычному коридору, не выходя даже из здания, а потом один шаг — и ты уже внутри самолета. А стюардесса? Какие там певицы, модели… Фуфло. То ли дело стюардесса: в ней прекрасно все. Безупречные туфельки, юбка, пиджак с вышитым логотипом, самая белая в мире блузка и аккуратный галстук. И лицо такое добродушное, с бархатными глазами олененка, приятное, как у снегурочки. Анна Леонидовна определенно могла бы стать стюардессой.
Томе досталось место у окна, но она все не сводила глаз с бортпроводниц, которые знаками разъясняли правила безопасности. Происходящее никак не укладывалось в голове. Потом начался разгон, девочка припала к иллюминатору: мимо понеслись деревья, ангары, толчок, — они оторвались, и Тамару наполнило до того непередаваемое огромное чувство, что грудь, казалось, вот-вот лопнет, как воздушный шарик. Деревья стали маленькими, машины превратились в едва различимые ползающие точки, высотки напоминали кубики крошечного конструктора. А самолет продолжал набирать высоту.
— Анна Леонидовна, посмотрите, мы над облаками, — прошептала Тома и повернулась к своей спутнице.
Но та сидела, безжизненно склонив голову на плечо. Веки были закрыты, лицо побледнело, под носом виднелась темно-алая капля.
— Анна Леонидовна! Что с вами?! — Тамара испуганно схватила женщину за плечо и потрясла.
— Что? — та с трудом разлепила глаза.
— Слава Богу! У вас кровь! Кажется, Вы потеряли сознание. Может, позвать стюардессу? Или нужно лекарство?
— Нет-нет, — Анна Леонидовна говорила тихо, но уверенно. — Не шуми. Пойдем со мной.
Она поднялась и, придерживаясь за спинки кресел, прошла через проход к туалету.
— Заходи.
Тамара шагнула следом и закрыла за собой дверцу на задвижку.
— Я думала, что смогу дотерпеть до пансиона, но… Профессор Эдлунд был прав насчет витаминов. Я не хотела показывать тебе все вот так, в спешке.
— Что происходит? — тревожно спросила Тома.
— Только пообещай не пугаться. Ты ведь успела прочитать первую легенду из книги? О детях солнца?
— Да, но какое это имеет…
— Не перебивай. Это не легенда. И я — одна из них. Из зимних.
— Вы же не собираетесь сказать, что умеете… Вот черт! — Тамара застыла, раскрыв рот.
Прямо на ее глазах лицо Анны Леонидовны трансформировалось. Кожа потемнела, радужные оболочки изменили цвет с голубого на зеленый. Брови стали гуще, губы — тоньше, роскошные каштановые волосы утратили глубокий оттенок и немного посветлели, став невзрачными. Тело ужималось: высокая красавица превращалась в худенькую миниатюрную женщину невыразительной внешности. В конце концов, ее передернуло, как мокрую собаку, на правой скуле появилась черная родинка и превращение остановилось.
Тамара смотрела на незнакомку: та стояла к ней вплотную и утопала в одежде, которая пару секунд назад сидела идеально на Анне Леонидовне. Девочка побледнела, вцепилась в край раковины, чтобы не сползти по стенке.
— Что это было?.. — пролепетала она, еле шевеля губами. — Кто вы?
— Подожди минутку, — женщина достала из внутреннего кармана пиджака маленькие очки, нацепила их на нос и улыбнулась. — Так лучше. Приятно познакомиться, меня зовут Мила Вукович.
Глава 3
— Какая еще Мила Вукович? — Тома собралась с духом.
Бежать с самолета было некуда, но субтильная дамочка вряд ли умела драться лучше детдомовца. На всякий случай Тамара перенесла вес на левую ногу, чтобы если что как следует врезать правой.
— Не бойся, я ничего тебе не сделаю. Я это все еще я, просто раньше была в другом облике, — успокаивающе проговорила незнакомка.
— Что это значит?
— Тамара, ты же читала легенду: тот, кто родился в день зимнего солнцестояния, может принимать облик других людей. Я — иноликая.
— Но это сказки! Чепуха какая-то… В чем фокус?
— Никакого фокуса. Это должно было произойти дома, в присутствии профессора Эдлунда. Но мой организм не выдержал такой долгой трансформации. Это отнимает много сил. Я могла даже впасть в кому.
— Бред! — Тома покачала головой. — Я все поняла. Вы накачали меня чем-то во время обеда. Подбросили что-то в воду… Я не знаю, как это делается. Но явно…