– Ребята, – закричала она, – как не стыдно! Что вы шум подняли? – Она была вся красная от волнения, в голосе звенели слёзы.
Ребята притихли.
– Вы галдите без толку, а листья-то лежат. Надо подбирать их скорей, мало ли что может случиться каждую минуту. Тиму могут просто растоптать!.. Ой, ужас какой!
– Верно, верно! – раздались испуганные голоса. – Пошли скорей!
– Сейчас мы разобьёмся на группы, – предложил Олег, – и распределим, кто на какой участок пойдёт. Нужно «прочесать» пять километров в окружности.
Ребята столпились вокруг Олега. Он назначил бригадиров. И скоро все школьники разбрелись в разные стороны, внимательно глядя себе под ноги.
– Вот, оказывается, что делал Ван, – вспомнила Наташа недавнюю встречу в поле.
– Да… – задумчиво произнесла Ксения. – А мы тогда песни пели.
– Но ведь мы же ничего не знали! – как бы оправдываясь, сказала Лиля.
Машины в тот день двигались по Джохору еле-еле. Шофёры не очень-то верили странной истории с Тимой, но из уважения к Долинскому, которого все любили, пообещали подбирать по пути кленовые листья. Они пристально всматривались в лежащую перед ними дорогу.
Заметив лист, останавливались, соскакивали, подбирали его и тогда ехали дальше.
Весь посёлок был взволнован. Только и было разговоров, что об исчезнувших ребятах. Охали, ахали и старательно подбирали листья.
Какая-то старушка шла по улице. Увидела под ногами лист. Нагибаться ей было трудно. Она поджидала прохожих. Её обогнала стайка малышей.
– Дети, – сказала старушка и палкой показала на лист, – поднимите.
Дети охотно подбежали.
– Это, бабушка, тополь. Такой не нужен. Мы собираем только кленовые.
– А-а… Ну бог с ним. Я плохо вижу – не разобрала. – И пошла дальше, тяжело опираясь на палку.
Сергей Петрович возился на институтском дворе. Здесь собирали и устанавливали новые радиопеленгаторы. Именно за этими аппаратами инженеры ездили в Москву. Заказаны они были на тот случай, если кто-либо из исследователей, превращённых в микролилипута, во время работы случайно упадёт с листа. С помощью пеленгатора его легко было бы найти.
Правда, Сергей Петрович и его товарищи считали, что падение с листа почти исключено. Перед тем как отправляться в почву и внутрь дерева, учёные всегда брали сводку погоды. Если предсказания говорили, что возможен дождь, а это бывало очень редко, или сильный ветер, что случалось гораздо чаще, – то исследования откладывались до наступления благоприятной погоды.
Сейчас на эти радиопеленгаторы возлагались все надежды.
Вместе с Сергеем Петровичем работал во дворе института и Владимир Яковлевич Вада. А Кривошеин был в лаборатории – на тот случай, если вдруг Тима и Катя вернутся самостоятельно, хотя это было маловероятно.
Сергей Петрович проверял аппарат, когда к нему подошёл невысокий, грузный Кулешов, бухгалтер института:
– Здорово, Долинский.
Он крепко пожал протянутую ему руку.
– Вот что, Сергей, – помолчав, начал он: – хочу сказать, что все мы готовы тебе помочь. Ты только говори, что нужно. Всё сделаем.
– Спасибо, – сказал Сергей Петрович. – У меня сегодня весь Джохор перебывал. И ребята из школы приходили. Не знаю, как и благодарить…
– Да какая тут благодарность! Само собой разумеется… – Помолчал. Потом спросил: – А жена как?
Сергей Петрович только рукой махнул:
– Плохо… Беда двойная: Тима не один, с ним девочка… гостила у нас!
– Слыхал, слыхал… Может, обойдётся? – неуверенно сказал Кулешов.