— А как же быть с тем, что Отец Яго из Монти на полвека младше потомка?
— А пути Генетики неисповедимы еще больше, — ответила Далия как можно более твердо и убедительно, и Лотринаэн вдруг вспомнил о собственной родне и счел за лучшее воздержаться от возражений.
— Не согласен, но давай дальше.
— Я пропущу душераздирающие повествования путников, жалующихся на дожди из бумажных обрывков в Монти-над-Бродом, я пропущу слезное прошение расследовать исчезновение всех головастиков и лягушек из луж в окрестностях Монти-Налево…
Как потом уточнил Лотринаэн, не поленившись с помощью магии скопировать, а затем подробно изучить в тиши своего кабинета «Вестник Ч-ситуаций», дожди и тотальная кража лягушек были лишь вершиной айсберга. Нет, всё было гораздо интереснее: «Монтийский крест» хотя бы раз в пять-семь лет извлекал из складок реальности табун молочных коз — которых странным образом не искали хозяева, иногда находились загадочные механизмы — их обследовали гномы, признавали никуда не годными и торжественно разбирали на кусочки. Сколько пропало караванов, сколько вдруг появилось — но не тех, которые пропали!.. хотя… если принять за аксиому, что примерно десятая часть пропавших караванов шла из Вечной Империи Ци с контрабандным опиумом — удивительно, как у местных жителей еще не выросли крылья?
И на следующей же странице мэтр Лотринаэн обнаружил рисунок странного существа — похожего на крылатого леопарда, только с клювом вместо кошачьей морды, и, что очень удивительно, без украшенного бусами и монистами бюста, являвшегося гордостью сфинксов. Рассмотрев в подробностях полу-орла, полу-льва, мелькнувшего в окрестностях Монти-над-Бродом осенью прошлого года и поучаствовавшего в ограблении одежной лавки и местного курятника, Лотринаэн в сорок пятый раз был вынужден согласиться с логическими доводами Далии — «Монтийский крест» местечко действительно… странноватое.
Особенно впечатлял список разумных существ — в основном людей, но несколько раз — почему-то покрытых плотным жестяным панцирем вместо нормальных доспехов, — обнаруженных в «Монтийском кресте». Трио отвратительных менестрелей, бедолага, пытавшийся стать полководцем, лекарь — этот выжил, и даже действительно лечил людей, сказочник, еще один менестрель, бродяга — собственно, никакой информации, кроме того, что пришел в восторг и отправился странствовать по миру, о себе не оставил, несколько особ женского пола — большинство почему-то становились женами или подругами рыцарей Королевской Гвардии, которые были обязаны доставить Странниц в Талерин, в Министерство Чудес, для подробного разбирательства. И, как венец всему, самый известный Странник-между-Мирами, который появился за околицей Монти-Подлюки четыре с половиной столетия назад — господин Артур Пендраконыч. Да-да, будущий Великий Золотой Герцог.
Нет, нехорошее местечко этот «Монтийский крест»…
— И что, никому раньше не приходило в голову сравнивать, где появляются странники? — изумился мэтр Лотринаэн, когда Далия озвучила ход своих рассуждений.
— Во-первых, по официальным отчетам Министерства Золота в четырех деревнях Монти проживает всего пять крестьянских семейств, которые платят в казну лишь десять медяков налогов. Если бы ты знал, какие страсти они рассказывают о том, почему опять урожай не вырос, да какие ужасы, оказывается, их преследуют! Мне кузины мэтра Фриолара в подробностях пересказывали, да и их матушка, госпожа Пиона, не раз повествовала в прединфарктном возбуждении — всё семейство господина Джиобарди очень тревожится, что того могут послать в Шумерет с проверкой. Поверь, внезапно появляющиеся из воздуха люди и странные животные — лишь самое простенькое, что могут придумать монтийцы, чтоб потребовать дотаций Короны на поднятие собственного сельского хозяйства. Что поделать, Пелаверино в двух дневных переходах, и у каждого из Монти есть кузен или кум в Вертано, вот и идет обмен завирательным опытом…
А во-вторых — странники-между-мирами не только в Монти появляются! Вспомни прошлый год — ведь, если верить газете «Талерин сегодня», прямо на площади Аль-Миридо, посреди карнавала, вдруг появилась полуобнаженная танцовщица и принялась бегать за членами магистрата, предлагая свои услуги!..
— А Пабло потом и мне, и мэтру Пугтаклю клялся, что никакого отношения к появлению той загадочной фигуры не имеет, она, дескать, сама из другого мира переместилась, без его участия, — задумчиво протянул Лотринаэн. Мэтресса Далия кивнула — наверное, признавая, что очередной этап доказательств завершен (а на самом деле поручая себе обязательно разузнать, кто тот таинственный «Пабло», который может иметь отношение к появлению существ из другого мира).
— А в-третьих, и главных, — продолжала алхимичка, — все случаи внезапного появления странников произошли не сразу! Между появлением Артура Пендраконыча и Яго из Монти прошло два с половиной столетия; лягушки и козы, конечно, случаются чаще, но, согласись, какие-то лягвы — и люди! Всего за полтысячелетия издания «Вестника» в «Монтийском кресте» я узнала только о двадцати двух Странниках, (если, конечно, принять эту цифру за официальный показатель), получается — один человек раз в двадцать три года, не так уж и часто, можно и забыть. Но, согласись, хотя бы ради статистики: если какое-то событие настойчиво повторяется, ведь может хоть раз произойти и обратный процесс!
— И ты утверждаешь, что объектом… э-э… обратного процесса стал генерал Октавио?
— Почему нет? — пожала плечами Далия. — У тебя есть другое объяснение его исчезновению?
— Сфинксы. Пропасти. Камнепады. Разбойники. Минотавры. Контрабандисты. Опиум, опять же. Трехголовые змеи. Цинские красавицы. Снова опиум. Пиво. Приятели. Я говорю глупости?
— Ничего, я со студентами привыкла. Продолжай, я внимательно тебя слушаю… — издевательски улыбнулась Далия. И Лотринаэн поверил. Именно в этот момент — еще не прочитав подслеповатую, старую, едва живую подшивку «Вестника», поверил, что мэтресса права по всем статьям. Нет, это шанс. И его надо использовать!
Пару часов спустя, когда все окрестные горные пейзажи оказались исчерчены тонкими белесыми линиями магической сетки, мэтр Лотринаэн приступил собственно к поискам. Достал из пространственной складки, используемой вместо сумки, лоскут с генеральского мундира — о, скольких трудов стоило волшебнику проникнуть незамеченным в кабинет патронессы! Утешало только предвкушение грядущей награды. Итак, лоскут. Считываем ауру владельца… Ага. Запускаем поисковичок…
Пшик, — мелькнул хвостик заклинания.
— Ничего, — хладнокровно утешил волшебник ту часть своей личности, которая запаниковала и сделала отчаянную попытку устроить безобразную распущенную истерику. — Как говорила мама, первый блин — кот и такой съест. Пробуем дальше.
К пяти часам вечера для поиска пропавшего генерала Октавио были использованы самые разнообразные средства магического Искусства, демонстрирующие не только классическую подготовку ведущего специалиста королевства Кавладор по межпространственным перемещениям, но и его изобретательность, творческость мышления и потрясающую настойчивость.
После неудачи с примитивным «поисковиком», который реагировал на общие сведения, известные магу о будущей находке, мэтр Лотринаэн запустил в разграфленную область Восточного Шумерета заклинание второго уровня «Червячок». Этот элементальный хвостик магического потока мог прицельно распознавать ауру владельца вещи и закручивался по направлению совершившегося движения искомого объекта. Обычно «червячка» запускали в пределах одной-двух лиг; Лотринаэн, чтоб заклинание сработало наверняка, вкатил в него запас маны, достаточный, чтоб спалить живьем средней величины волка. В итоге получился огромный искрящийся магической энергией «удав», утюгом пропахавший пространство от Монти-над-Бродом до Монти-Налево, спугнувший выводок местных кур, но не обнаруживший даже отпечатка генеральского сапога.
После неудачи с «Червячком» волшебник не отчаялся и применил заклинание «Згуа-Ри», то бишь, «Землеройку». Тоже достаточно легонькое и простенькое — и хорошо, что Громдевур догадался пропасть в местности, где никто не будет вопить о возможном ущербе сельскому хозяйству. Клятвенно обещая себе после окончания поисков Октавио и получения из рук осчастливленной патронессы Министерства Чудес соответствующей награды вернуться и восстановить экологическое равновесие, Лотринаэн сложил мизинцы к средним пальцам, совершил предписанные канонами классического эльфийского Искусства спиралевидные движения предплечьями и выпустил «Землеройку» порезвиться.
Магия подняла верхний дюйм почвы и побежала, расходясь кругами, выдавливая из себя чахоточные травинки и острые камушки. Волшебник сосредоточенно вглядывался — при нахождении объекта, идентичного заданной в поиске ауре, должен был образоваться маленький пыльный «водоворот». Пуская «Землеройку» то здесь, то через полторы лиги, то еще через полдюжины вверх по течению ручейка, Лотринаэн не поленился полетать над скалами, — нет, пыль и галька, камни и мусор — и никаких следов того, что здесь когда-то прошелся — или, с той же невероятностью, протанцевал или прополз, — господин генерал.
Вернувшись в начальную точку поиска, Лотринаэн передохнул, пожевал чахлый петрушечный листик, чтоб прояснить в мозгах и решить, как действовать в квадратах с Ингер 3 по Моор 9, в которых почвы не было вовсе, а наблюдалась только голая скальная порода; — а когда легкий перекус мозговую деятельность простимулировал, полуэльф, радуясь отсутствию зрителей, щедро отвесил себе оплеуху и громко выругался. Ну, надо же! Допустить столь примитивную ошибку! Конечно же, Громдевур не собственными ногами здесь передвигался! Где это видано — чтобы рыцарь, в полном боевом вооружении, пешком шкандыбал! Ага, прямо так, в стальных доспехах, с длиннющим копьем, тяжеленным щитом и двуручным мечом он и будет по горам бродить! Конечно же, искать следы надо было не самого Октавио, а его умбирадца… Или какую еще лошадку подарила ему любящая невеста…
Минуту-другую Лотринаэн сосредоточенно обхлопывал карманы мантии, вспоминая, куда ж он положил обрывок мундира коня генерала Громдевура, и где ж позаимствовать дубликат одеяния… Потом понял, что размышляет не эффективно, не рационально, и вообще, мэтресса Далия — хорошо ей, алхимичке, над магией смеяться! — наверняка поощрила бы переход к более надежным средствам.
И мэтр попробовал четвертый вариант поиска — заклинание «Хальгастиарр», что в переводе на родной кавладорский означало «Гончая». Не будем скромничать: до сегодняшнего полудня Лотринаэн по праву считался одним из лучших специалистов в применении хальгастиарра во всем мире. Заклинание было не самым сложным, но требовало полной концентрации внимания, а еще лучше — особого чутья, которым и обладал волшебник-полукровка. Смысл «гончей» заключался в том, что создавалась особая псевдоматрица — как бы слепок с ауры искомого объекта, которая существовала до тех пор, пока объект и его магическое подобие не соединятся.
Начинающие маги, осваивающие четвертую-пятую ступень в магической школе, частенько использовали хальгастиарр, чтобы передавать подсказки на экзаменах (если мэтр-наставник изволит ушами хлопать), или посылать подружкам сообщения — мол, жди на сеновале, через часок после заката. Лотринаэн подобными глупостями уже больше ста лет не страдал — и, вдохновленный и азартный, создал супер-«гончую», почувствовав себя на минуту в шкуре боевого мага. Да-да, усиленный вариант заклинания был рассчитан на общение в условиях магических войн, когда нужно как можно быстрее передать информацию на десятки лиг. Обучение боевому хальгастиарру начинали на седьмой-восьмой ступени, и то, если маг уже доказал свою серьезность и ответственность, ведь если добавить к поисковику незначительную вариацию на тему «Ледяных игл», то искомый объект мог получить от своего псевдоматериального подобия штучек тридцать-сорок бритвенно-острых ледяных кристаллов в максимально уязвимые участки тела…
Но смертоубийство нам сейчас не нужно, нам бы Октавио Громдевура живым найти, — лихорадочно соображал волшебник. Взлетел на камень, чтобы видеть подальше — хотя какой обзор в горах? Горы — они горы и есть! Там поворот, там обрыв… ну да ничего. Магии никакие помехи не страшны. Мэтр Лотринаэн сконцентрировался, максимально вчувствовался в обрывок громдевурова мундира, слепил из чистого волшебства фантом-псевдоматрицу, насытил ее Силой, пропуская энергию через пальцы сплошным потоком. Потом Лотринаэн плавными жестами сопроводил медленный речитатив заклинания, и отпустил «Гончую» на четыре ближайшие стороны света.
Получившаяся матрица, с лицом Громдевура, весьма странно сочетавшимся с телом собаки — плотным, поджарым и длиннолапым, как у буренавского волкодава, — молочно-белая и плотная, как ллойярдский туман, расщепилась на четыре составляющих и помчалась искать свой прототип — быстрая, как мысль. Лотринаэн нервно закусил губу, зажмурил глаза и полностью погрузился в контроль за заклинанием, следя, как каждая из четырех «гончих» мчится, заглядывая под валуны, перелетая обрывы, как выворачивает корни засохших деревьев, как летит сквозь орлиное гнездо… Так, собачечки, не расслабляться — не получилось найти Октавио на указанной плоскости, меняем направление движения. Бежим вверх… а ты, так и быть, вниз…