Болело все тело. Отходняк после отключения боли был именно таким тяжелым, как я и предполагал. Я попытался успокоить себя тем, что по сравнению с остальным это было скорее развлечением, чем проблемой. Похоже, у меня не очень получилось. Я зарычал, выругался, и, наконец, набрался достаточно храбрости, чтобы встать и выбраться из-под одеял. Я пошел в ванную — хотя на лодке, я думаю, ее называют «гальюн» по какой-то дурацкой причине — и к тому времени, когда я, как зомби, выбрался оттуда, Томас уже ждал меня в каюте. Он засовывал сотовый в карман, вид его был очень серьезным.
— Гарри, — спросил он, — Как ты?
Я предложил ему отправиться в эротическое путешествие.
— Лучше, чем я ожидал, — сказал он, удивленно приподняв бровь.
Я хмыкнул и добавил:
— Спасибо.
Он хрюкнул. На том и закончили.
— Пошли. В машине тебя кофе ждет.
— Доверяю себя в твои руки, — сказал я.
— Отлично. В следующий раз я тебя в воде оставлю.
Я со стоном натянул свой плащ.
— Я уже почти желаю, чтоб ты так и сделал. Монета? Меч?
— Внизу, в безопасности. Тебе они нужны?
Я мотнул головой.
— Пусть пока там полежат.
Я пошел за ним к грузовику, хромая на поврежденное колено. По пути я понял, что кто-то, видимо еще вечером, слегка почистил меня и наложил новые повязки на ногу и на множество царапин и синяков, которые я даже не заметил. Одежда на мне тоже была чистой. Томас. Он ничего не сказал об этом, а я не спрашивал. Мы — братья.
Мы залезли в видавший виды хаммер, и я увидел бумажный стаканчик с кофе, лежащий рядом с коричневой бумажной коробкой. Я взял кофе, кинул сахара и сливок, размешал и начал пить. Затем заглянул в коробку. Пончик. Я ухватил его.
Томас начал заводить машину, но замер, увидев пончик.
— Эй, — удивился он, — это, к черту, откуда?
Я откусил еще раз. Пончик. В белой глазури. Еще теплый. С горячим кофе. Настоящий рай. Я загадочно взглянул на брата и снова откусил.
— Боже, — вздохнул он, заводя грузовик, — ты даже мелочи не хочешь объяснять, да?
— Это как наркотик, — сказал я с набитым ртом.
Я полностью сосредоточился на поглощении пончика, пока было время. Когда он закончился, и кофе тоже, я понял, почему так потакал себе. Похоже, это было единственное удовольствие, на которое я мог рассчитывать в ближайшее время.
Томас не сказал ничего о том, куда мы направлялись, или о том, как после прошлой ночи были дела у остальных.
Здание Строджера, новый госпиталь, заменивший комплекс Кук Каунти в качестве центра медицины Чикаго, стоял всего в нескольких метрах от старых зданий. Выглядел он как замок. Если закрыть глаза, то можно представить его стоящим, как какой-нибудь древний горный бастион, на защите граждан Чикаго от болезней и зла мира.
Если, конечно, у них достаточно большая страховка.
Закончив с кофе, я решил, что слишком пессимистично смотрю на вещи.
Мы с Томасом прошли к отделению интенсивной терапии. Он остановился в холле.
— Люччио согласовывает информацию, а я немного что знаю. Но там Молли внутри. Она тебе расскажет остальное.
— Что тебе известно? — спросил я.