Никого не было, и не было укрытия, куда бы он мог незаметно спрятаться.
Я взял книгу. Это был старый истрепанный томик «Двух башен». Одна страница была заложена и часть диалога подчеркнута.
— «Горящая рука — лучший учитель», — прочитал я вслух. Я сел обратно на скамью и потряс головой: — И что бы это должно значить?
— Что твое противостояние с тенью Падшего привлекло внимание Стражника мой Эмиссар, — раздался мяукающий голос со скамьи позади меня.
Подпрыгнув от неожиданности и со стоном сев назад, я отодвинулся к дальнему концу скамьи. Хотя это было недалеко, дюйма два-три. Потом я повернулся лицом к Мэб.
Она спокойно сидела, одетая в обычный темно-синий деловой костюм, на ней были элегантные украшения с маленькими бриллиантами. Ее белые волосы были заплетены в косы и собраны в пучок, удерживаемый заколками из слоновой кости, украшенной лазуритом. Она держала Грималкина на коленях, как домашнего любимца, хотя только лунатик мог бы назвать малка домашней кошечкой. Я впервые увидел его так ясно и близко. Он был неестественно большим и мускулистым, даже для малка — а по сравнению с ними обычная рысь казалась тощей. Грималкин весил, должно быть, шестьдесят или семьдесят фунтов[85] чистых мускулов и кости. Мех у него был темно-серым с черными отметинами, больше похожими на мокрую шерсть. Его глаза были желто-зеленые, очень большие и слишком умные для любого животного.
— Стражника? — переспросил я заикаясь.
Голова Мэб, медленно двигалась в такт словам, но произносил их кошачий голос Грималкина.
— Князь воинства[86] любит помпезность и церемонии, и является он в громе крыльев армии серафимов, грохоте барабанов и звоне рогов. Трубач[87] никогда не приходит тихо, если может явиться в столбе света. Повергающий Демонов[88] предпочитает сам решать свои проблемы. А вот Стражник… — Мэб улыбнулась, — Он мне нравится больше всех архангелов. Он самый тихий. Самый проворный. Наименее известный. И наиболее опасный.
Мои знания об архангелах были относительно небольшими, но это имя я знал.
— Уриил,[89] — прошептал я.
Мэб подняла палец и продолжила говорить через малка:
— Осторожно, мой Эмиссар. На твоем месте я не стала бы часто произносить это имя. Если вообще бы рискнула.
— Что он со мной сделал? — спросил я ее.
Мэб уставилась на меня своими радужными глазами.
— На этот вопрос можешь дать ответ только ты сам. Единственное, что я могу сказать, — это то, что он дал тебе возможность стать большим, чем ты был.
— Чего?
Она улыбнулась, и протянула мне мой жезл.
— Возвращаю тебе твою собственность, — сказал малк, — Надобность прятать ее от тебя прошла.
— Значит, все-таки я был прав, — сказал я, принимая его, — Это Вы взяли его. И заставили меня забыть об этом.
— Верно.
— Зачем?
— Потому что я посчитала, что так надо, — ответила она так, как будто разговаривала со слабоумным ребенком, — Ты бы рисковал своей жизнью, — и моей целью! — чтобы защитить своих драгоценных смертных. Если бы я не забрала твой огонь, Лето выследило и убило бы тебя еще два дня назад.
— Отсутствие его тоже могло меня убить, — сказал я, — И значит, Вы зря потратили бы то время, когда пытались сделать меня своим Зимним Рыцарем.
— Чепуха, — сказала Мэб, — Если бы ты умер, я просто наняла бы твоего брата. У него была бы прекрасная мотивация — месть твоим убийцам.
Меня пронзил озноб. Я не знал, что Мэб известно о моем брате. Но, впрочем, что тут сложного. Моя крестная, Леанансидхе, была довольно тесно связана с моей матерью. Если Леа знала, то, само собой, и Мэб знала.
— Он не смертный, — тихо сказал я, — Я думал, только смертный может стать Рыцарем.
— Он любит, — промяукал Грималкин за Мэб. — Для меня это даже лучше, чем смертность. — Она наклонила голову. — Хотя я думаю, что могла бы сделать ему предложение и сейчас, пока ты жив. Он ведь много бы отдал, чтобы снова обнять свою любовь, разве нет?
Я твердо и пристально глянул на нее и сказал:
— Держитесь от него подальше.
[85] 24-28 кг.
[86] Архангел Михаил, первый из архангелов восстал против сатаны. Имеет прозвище Князь Света, в отличие от Князя Тьмы.
[87] Архангел Гавриил, звук его трубы будет означать конец всего сущего.
[88] Предположительно, архангел Рафаил, По преданию, именно Рафаил принёс царю Соломону волшебное кольцо с вырезанной на нём могущественной шестиконечной звездой, а Соломон пользовался этим кольцом и символом, чтобы подчинять демонов.
[89] Архангел Уриил поставлен охранять Рай после грехопадения и изгнания Адама. С огненным мечом.