Я чувствовал, как она тащит меня за ноги. Я кричал и пинал ее, насколько мог, но мои ноги были такими оцепенелыми, что я мог только двигать ими, этого было мало, чтобы от нее избавиться. Все, что сейчас мог сделать Томас, это просто держаться за трос и не давать её прядям обрезать его.
— Кэррин! — крикнул он.
Мёрфи перекинула ноги через перила судна, ее ремень безопасности был закреплен тросом за перила. Потом она спрыгнула и повисла в воздухе рядом со мной.
Тогда она нацелила P-90 вниз на Дейдру и щелкнула переключателем на полный автомат.
Но прежде, чем она потянула спусковой механизм, Дейдра зашипела, и мерцающее лезвие метнулось и ударило Мёрфи в лицо. Та вскрикнула и отдернулась, и поскольку лезвие продолжалось, изгибаясь, как буква S, оно пропустило горло Мёрфи на расстоянии в ширину пальца и разрезало ремень, на котором держался P-90 на ее теле. Оружие упало в воду.
— Сука! — зарычала Мёрфи, кровь залила одну сторону ее лица. Она пыталась достать пистолет — а он был в плечевой кобуре, под ее снаряжением, под пальто. Все равно, что на луне.
— Мёрф! — позвал я, извернулся и толкнул конец Фиделаккиуса в пределы досягаемости ее руки.
Пальцы Мёрфи сомкнулись на рукоятке святого лезвия.
Она вытянула его из ножен, наверное, на дюйм.
Белый свет ослепил меня. Ослепил Дейдру. Ослепил Мёрфи. Ослепил Томаса. Ослепил всех.
— Нет! — закричала Дейдра, в ее голосе были отчаяние и ужас. — Нет, нет, нет!
Давление на мои лодыжки исчезло, и я услышал всплеск падения динарианки в воду.
Мёрфи выпустила рукоятку меча. Свет угас. Потребовалась, возможно, половина минуты прежде, чем я смог увидеть что-нибудь еще. Томас, конечно, пришел в себя быстрее, и к тому времени мы оба были уже на палубе Водяного Жука. Не было никакого свидетельства присутствия Дейдры где-либо, а две лодки, полные солдат, улепетывали с такой скоростью, с какой только могли.
У Мёрфи лилась кровь из пореза, идущего параллельно ее правой брови и уходящего в волосы, она смотрела в шоке на меня и на меч.
— Что, такую мать, это было?
Я засунул меч за плечо. Я чувствовал себя действительно уставшим. Все болело.
— Экспромт, — пробормотал я, — скажем так, это было предложение работы.
— Нам надо двигаться прежде, чем нас нанесет на риф, — пробормотал Томас. Он быстро вышел, полностью в пиратском стиле. Он хорошо смотрелся за этим делом. Конечно. Он даже не вспотел.
Какое-то время Мёрфи пристально смотрела на меч. Потом перевела взгляд на меня, и на ее окровавленном лице выразилось беспокойство.
— Иисусе, Гарри. — Она встала со стороны моей пострадавшей ноги и поддерживала меня, пока я хромал в каюту. — Двигайся. Надо тебя согреть.
— Ну так что? — спросил я ее, пока она мне помогала. — Как насчет этого? Я должен отдать этот меч кому-то, кому он нужен для дела.
Она усадила меня на одно из многоместных нераздельных сидений в каюте судна. Потом серьезно и быстро глянула на меч. Потом покачала головой и сказала спокойно:
— У меня уже есть работа.
Я слабо улыбнулся и закрыл глаза.
— Я знал, что ты ответишь именно так.
— Заткнись, Гарри.
— Хорошо, — сказал я.
И так и сделал. На несколько часов. Это было великолепно.
Глава 46
Я проснулся утром, накрытый двумя стегаными одеялами и кучей каких-то попон. Задняя скамья на Водяном Жуке раскладывалась в относительно удобную койку. Керосиновый обогреватель, на другой стороне каюты, был включен. Грел он не очень сильно, но достаточно, чтобы окна запотели.