Я ожидал увидеть гнев, ненависть, и вину. То, что я увидел, было … только отчаянным, отчаянным страхом.
— Иди за ними. Верни ее. Спаси ее.
— Кинкейд… — сказал я мягко.
— Поклянись мне, — сказал он. Его глаза расфокусировались на секунду, затем холодно заблестели. — Поклянись. Или я вернусь за тобой. Поклянись мне, Дрезден.
— Черт, у меня нет сил, чтобы бояться тебя, — сказал я.
Кинкейд закрыл глаза.
— У нее больше никого нет. Никого.
Мёрфи встала на колени перед Кинкейдом рядом со мной. Она быстро глянула на меня, а затем сказала спокойно:
— Джаред, отдыхай. Он поможет ей.
Я обменялся с Мёрфи слабой, усталой улыбкой. Она знает меня.
— Но… — начал Кинкейд.
Она склонилась и поцеловала его в лоб, прямо в кровь и все такое.
— Тихо. Я обещаю.
Кинкейд расслабился. Или потерял сознание. Одно из двух.
— Дрезден, тебе надо двигаться, — сказала Гард терпеливым голосом.
— Только не говори мне, что ты — доктор, — сказал я.
— Я видела больше боевых ран, чем любой смертный медицинский работник, — сказала Гард. — Двигайся.
— Гарри, — сказала Мёрфи напряженным голосом. — Пожалуйста.
Я со скрипением поднялся на ноги и притащился к Майклу и Сане, которые стояли, наблюдая за дельфинами и небольшими китами в большом бассейне. Уровень воды понизился футов на семь или восемь, и жители осваивали по-новому заполненную область бассейна. Если присутствие гниющей вещи позади меня в воде ощущалось так же, как на воздухе, я не мог обвинять их.
— Он выглядит довольно плохо, — сказал я им.
Майкл покачал головой, его глаза были далеко.
— Его время еще не настало.
Я поднял бровь, смотря на него. Саня смотрел почти так же удивленно, как я.
Майкл глянул на меня и затем отступил к воде.
— Я спросил.
— Ага, — сказал я спокойно.
Саня слабо улыбнулся и покачал головой.
Я поглядел на него.
— Ты как, все еще агностик, а?
— Некоторые вещи я просто принимаю на веру, — пожал плечами Саня.