Часам к четырем утра я пришел к выводу, что вопрос можно поставить по-другому: что бы я ни натворил, как об этом узнает «система»?
После этого я уселся за стол и тщательно разработал кое-какие планы. Утром, разорвав каждую перфокарту пополам, я сжег их и перемешал пепел.
— Садись, — велел тот, что повыше, указывая на стул.
Я сел.
Они обошли вокруг меня и встали позади.
Я задержал дыхание и попытался расслабиться.
Прошло чуть больше минуты. Затем:
— Расскажи нам все как есть.
— Я устроился сюда через бюро по найму, — начал я. — Работа мне подошла. Я приступил к своим обязанностям и повстречал вас. Вот и все.
— До нас доходили слухи — и мы склонны им верить — что правительство, исходя из соображений безопасности, иногда создает в Центральном фиктивную личность. Затем под этим прикрытием начинает действовать агент. Наводить о нем справки бессмысленно — в его «досье» предусмотрено все.
Я промолчал.
— Такое возможно? — спросил он.
— Да, — ответил я. — Слухи действительно ходят. А как там на самом деле, я не знаю.
— Ты не признаешь себя таким агентом?
— Нет.
Они пошептались, затем я услышал щелчок замка металлического чемоданчика.
— Ты лжешь.
— Нет, не лгу! Я, может быть, двух человек спас от смерти, а вы оскорбляете! Что я такого сделал?
— Мистер Швейцер, вопросы задаем мы.
— Ну, как хотите. Просто мне непонятно. Возможно, если вы объясните…
— Закатай рукав. Все равно какой.
— Это еще зачем?
— Затем, что я приказываю.
— Что вы хотите сделать?
— Укол.
— Вы что, из медико-санитарной службы?
— Откуда мы — тебя не касается.
— В таком случае, я отказываюсь. Когда вас сцапает полиция, не знаю уж, по каким причинам… Так вот, когда вас сцапает полиция, я позабочусь, чтобы у вас были неприятности и с Медицинской ассоциацией.
— Пожалуйста, закатай рукав.
— Протестую! — Я закатал рукав. — Если вы решили меня убить, знайте — ваша игра окончена. Убийство — дело нешуточное. Если же вы меня не убьете, я этого так не оставлю. Рано или поздно я до вас доберусь, и тогда…