Камикадзе. Пилоты-смертники: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Подводные лодки группы «Кикусуй» были переоборудованы для доставки четырех человеко-торпед каждая. Две кайтен крепились впереди рубки и две — позади. Два крепления (первое и четвертое) отсоединялись из рубки подводной лодки. А два оставшихся — только снаружи, для чего лодке было необходимо всплыть. Командирам I-36, I-37 и I-47 строго запрещалось во время перехода производить атаки обычными торпедами. Их главная задача состояла в том, чтобы выйти в район пуска незамеченными, в подводном положении. Во время двенадцатидневного пути водители кайтен продолжали тренироваться и отдыхали. Наконец, 18 ноября I-36 и I-47 благополучно пришли в намеченный район пуска.

— Нисина, взгляните! — предложил капитан-лейтенант Орита Дзендзи, уступая место у перископа.

— Вот это да! Авианосцы, линкоры в несколько рядов. Такой огромный флот не сможет выйти отсюда за одну ночь. Как жаль, что у нас всего четыре кайтен! Какая блестящая возможность применить их!

— Мы нанесем удар кайтенами утром из точки 4 мили к западу от входа в лагуну, — поставил задачу капитан. — Чтобы избежать поражения одной цели двумя человеко-торпедами, пуски будут произведены последовательно. В 4-00 стартует лейтенант Нисина. Войдя в лагуну, он должен пройти как можно дальше в глубину стоянки. Младший лейтенант Сато стартует в 4-04. Проникнув в лагуну, он должен брать правее. Младший лейтенант Ватанабе уходит пятью минутами позже. Он берет левее. Лейтенант Фукуда- через пять минут после Ватанабе. Он найдет цель поближе к входу.

До атаки всего несколько часов. Долгое и томительное ожидание, скрашиваемое бесконечными играми в шахматы, карты и го, осталось позади. Сато сбрил прекрасную бороду, которую успел отрастить за последние месяцы. Фукуда постригся. Похожий на щеголя красавец Ватанабе еще раз вымылся. Все водители надели хорошо выглаженные рубашки и повязали мундиры белыми поясами. Затем написали короткие прощальные письма. Письмо лейтенанта Нисина было кратким: "Дневные наблюдения подтвердили: у островов Улити стоят на якоре свыше ста кораблей. Представляется прекрасная возможность применить наши кайтен. Их у нас на двух подводных лодках всего восемь. Этого явно мало! Как жаль!

Благодарю командира I-47, который отлично справился со своей задачей, вывел лодку в удобную для атаки позицию и уточнил состав сил противника.

Желаю экипажу I-47 счастливого плавания и благодарю за помощь, которую мне оказали.

Молю богов послать мне большой авианосец! Привет тем, кто последует за мной. Банзай!"

Вечером за ужином выпили прощальное саке — подарок императора — в специальных лакированных чашках. Готовым к смерти водителям показали карандашный рисунок разламывающегося надвое от удара кайтен американского авианосца. С его полетной палубы в океан падала дюжина самолетов. Это порадовало ребят, они засмеялись и оставили свои подписи на рисунке.

Над головой — бесконечность мирозданья и бесчисленные искорки звезд. Легкий ветерок приятно холодит щеки. Со стороны якорной стоянки слышатся характерные звуки не прекращающихся даже ночью ремонтных работ.

Водители кайтен уже готовы к бою: на боку — короткие мечи, на лбу — туго повязанные белые хатимаки.

— В лагуне спокойно, — пояснил капитан-лейтенант Орита. — Все корабли на месте, и противник не принял никаких дополнительных мер предосторожности. Поэтому наш первоначальный план остается в силе. Надеюсь, что вы в полную меру сумеете продемонстрировать силу нового оружия. Попрощавшись с капитаном за руку, они затем отдали ему честь и поспешили к торпедам. Техники помогли им занять свои места.

Верный самурайским традициям, лейтенант Нисина захватил с собой небольшую урну с пеплом Куроки: друг и единомышленник должен уйти с ним в последний бой. Нисина нашел место, где ее можно было разместить в узком и невероятно тесном отсеке — под сиденьем, вместе со скудным, скорее символическим запасом риса и сушеной рыбы, а также маленькой бутылочкой виски. Пища являлась прежде всего знаком внимания к водителям-героям, не более того.

Последний взгляд на звездное небо, последний глоток свежего воздуха… За ними навсегда закрываются люки. Часы показывали час ночи. До места пуска оставалось пять миль.

Лодка медленно двигалась на предельно малой скорости. Штурман связался по телефону с водителями, которые томились в тесных рубках торпед уже два часа.

— Как вы там? — спросил он.

— Я пою! — ответил Сато.

— Я вспоминаю мороженое, которым нас угостили за обедом. Оно было бесподобным! — откликнулся Ватанабе.

Водители еще раз сверили компасы.

— Первый! Приготовиться! Лейтенант Нисина, хотите сказать что-нибудь на прощанье?

— Да! — послышалось в ответ. — . Спасибо всем. Удачи тем, кто пойдет за мной. И удачи I-47!

— Пошел! — последовала команда. Было 4-15 20 ноября 1944 года.

Заработал двигатель торпеды Нисины. Убраны два последних захвата, удерживавших кайтен. Торпеда устремилась вперед, оставляя за собой белый бурун.

Следующей стартовала торпеда под номером "три".

Настала очередь «четверки». В микрофоне послышалось громкое «банзай», и она рванулась в темноту.

Беспокойство вызывал пуск торпеды младшего лейтенанта Фукуды — накануне были отмечены неполадки в ее работе. Однако все обошлось, и экипаж I-47 с радостью воспринял громкое "Тенно хейка банзай!" ее водителя [30].

Освободившись от всех кайтен, подводная лодка значительно полегчала. Она двигалась на юго-запад. На борту нервничали, томительно ползли минуты. Все ждали результата. Настало 5 часов — расчетное время достижения цели. Огромный красно-желтый шар пламени взметнулся там, где находилась корабельная стоянка. Повалил столб дыма. Было 5-07. В 5-11 раздался еще один взрыв — другой шар пламени, другой столб дыма… Экипаж безудержно ликовал и возбужденно кричал. Все хотели услышать последующие взрывы.

Капитан! Эсминцы! Правее 5 градусов. Дистанция 2 мили. Приближаются!

Срочное погружение

I-47 нырнула в глубину и двинулась на север…

[30] "Тенно хейка банзай!" — "Десять тысяч лет императору!". — Прим. Авт.