Она с непреклонным видом уселась в кресло. Шон бросился на диван и некоторое время разглядывал ее, размышляя.
— Ладно, — с вызовом сказал он, — допустим — на секунду! — что сказанное тобой соответствует действительности. Камень приносит несчастье. Тогда почему это не затрагивает нас?
— То есть как — не затрагивает?
— Почему все беды случаются с другими — с Фионой, с миссис Салливэн, с кем угодно, только не с нами?
Энджела подумала, вздохнула.
— Не знаю, — пасмурно проговорила она.
— Если подумать, так мне кажется, что в последние несколько месяцев нам здорово везло. Учитывая все обстоятельства.
— Я знаю.
— Энджи, я не пытаюсь застращать тебя. Мне просто противно смотреть, как ты изводишь себя такой чушью.
— Тогда кто положил этот камень назад в мою сумку?
— Почем я знаю? Может быть, ты сама.
— Я? — Энджела была потрясена.
Он кивнул.
Она вскочила и принялась сердито расхаживать по комнате.
— Ладно, значит, у меня выпадение памяти. Ты на это намекаешь? У меня, у Джерри… у обоих. Или, может, я лунатик? Чем не объяснение, а? А может, это горничная снова незаметно подложила его в мою сумку? Еще какие-нибудь притянутые за уши разумные объяснения?
Шон рассмеялся.
— Отлично, сдаюсь. Камень одержим злым духом.
— Ты веришь в это?
— Конечно, нет. Но ты, видимо, веришь.
Энджела прекратила расхаживать.
— Помоги мне, Шон. Мне страшно, — прошептала она.
Он встал, подошел к ней и обнял — так обнимают испуганного ребенка.
— Если этот камень тебя пугает, избавься от него. — Шон говорил нежно, но решительно. — Я разрешаю. Обещаю тебе, что ничего плохого не случится. Он не вернется. На дворе двадцатый век. Все будет хорошо.
Крепко прижимая Энджелу к себе, Шон поцеловал ее в лоб.
Снова раздался раскат грома, теперь уже ближе.
— Да?
Она кивнула.
Шон выпустил ее руку и снова пошел к своим газетам.
Через несколько минут он отправился в душ, оставив Энджелу одну. Она глядела в золу, на угасающее пламя. Комната была полна теней, в окна ударяли резкие порывы ветра. «Может быть, у меня начинается выпадение памяти, — подумала она. — Может быть, я сама выудила камень из корзины для мусора в Дублине». Ей приходилось читать о раздвоении личности (это называлось «Сибил», так, кажется?), когда половина сознания не ведает, что творит вторая. Может быть, и она была такой. Шизоидным субъектом… так, что ли?
А может быть, Джерри вообще не брал камня с полки. Фрэнк говорил, что он, возможно, так и не разберется с памятью.