— Может, они располагают сведениями, которых нет у вас, — предположила Каролина. — Секретные службы, возможно, что-то знают.
— Возможно, — не стал спорить я. — Но, согласно «Санди таймс», ни одна экстремистская группа ответственности за взрыв на себя не взяла.
— А чего брать, если покушение провалилось?
— Не знаю, — ответил я.
Принесли главные блюда, и какое-то время мы говорили о более приземленном — наших семьях, школах, любимых фильмах и музыке. Даже не задавая прямого вопроса, я убедился, что в настоящий момент постоянного бойфренда у нее нет, не говоря уже о культуристе ростом в шесть футов и шесть дюймов, который мог бы съесть меня на завтрак. Судя по всему, она сталкивалась с той же проблемой, что и я: ежевечерняя игра на альте не способствовала романтическим увлечениям.
— Мне не хочется этого говорить, но большинство музыкантов оркестра редкостные зануды, совершенно не в моем вкусе.
— А какие мужчины вам по вкусу? — спросил я.
— Да, это хороший вопрос.
Ответа, однако, я от нее не дождался и опять сменил тему:
— Как ягненок?
— Восхитительный. Хотите попробовать?
В итоге я получил кусочек ягненка с ее вилки, а она — кусочек рыбы с моей. В процессе обмена я пристально смотрел на нее. Увидел ярко-синие глаза, высокие скулы, удлиненный тонкий нос над широким, чувственным ртом и волевым подбородком. Возможно, не классический идеал, но мне она казалась красавицей.
— Куда вы смотрите? У меня капелька соуса на подбородке? — Она вытерла подбородок салфеткой.
— Нет, — ответил я. — Просто хотел получше разглядеть человека, который подает на меня в суд, чтобы узнать его на процессе. — Я улыбнулся, она — нет.
— Да, теперь я понимаю, что погорячилась.
— Вы можете отказаться от иска, — предложил я.
— Мой агент настаивает. Не любит терять комиссионные.
— Он получает долю со всех ваших заработков?
— Абсолютно. Пятнадцать процентов всегда его.
— Это ж надо! Деньги ни за что.
— Нет-нет, он их отрабатывает, — вступилась за агента Каролина. — Он заключил для меня контракт с КФО, и на более выгодных условиях, чем удается другим агентам. Я также выступаю соло, когда не занята в оркестре, и вся подготовительная часть лежит на нем. Я только приезжаю и играю.
— То есть он старается, чтобы вы не простаивали.
— Безусловно. На этой неделе я свободна только потому, что должна была улететь в Нью-Йорк. Сказать по правде, это фантастические ощущения — проводить вечер дома, лежа на диване, перед телевизором.
— Сожалею, что сегодня лишил вас всего этого, пригласив в ресторан.
— Что вы такое говорите, я в восторге.
— Хорошо. Я тоже.
Какое-то время мы ели в удовлетворенном молчании. Я действительно наслаждался этим вечером. Красивая, умная, талантливая спутница, превосходный обед, приличное вино. Разве можно желать лучшего?
— И с кем ты[24] намерен поделиться этой безумной версией? — спросила Каролина за кофе.
— Кого бы ты предложила?
— Разумеется, полицию, — ответила она. — Но сначала ты должен подготовить доказательства.
[24] В английском языке местоимения «вы» и «ты» обозначаются одним словом — «you», и это очень удобно. При переводе на русский приходится интуитивно искать момент перехода с «вы» на «ты».