— За помощь?
Бриджес кивнул.
— А за аренду гаража?
— Могу пользоваться прогулочной лодкой «Крейзи Дейз» в любое время, когда захочу. Прямой обмен.
Гелбрайт задумчиво смотрел на него.
— Он разрешает тебе самому выходить на ней или только поразвлечься на борту с девушкой?
Бриджес усмехнулся:
— Он никому не разрешает самостоятельно плавать на ней. Это его радость и гордость. Может убить любого, кто оставит хоть какой-то след на ней.
— Ммм… — Гелбрайт поднял из другой коробки бутылку белого вина. — Так когда же в последний раз ты пользовался лодкой для того, чтобы развлечься с девушкой?
— Пару недель назад.
— С кем?
— С Биби.
— Только с Биби? А ты не приводил других девушек втайне от нее?
— Боже, вы не отстанете, да? Только с Биби. И если вы скажете ей что-то другое, я подам официальную жалобу.
Улыбаясь, Гелбрайт поставил бутылку в коробку и двинулся к другой коробке.
— Как это происходит? Ты звонишь Стиву в Лондон и сообщаешь, что хочешь получить лодку на выходные? Или он сам предлагает, когда она ему не нужна?
— Обычно я пользуюсь ею на неделе. Он сам плавает, как правило, на выходных. Это хорошая сделка, все довольны.
— Таким образом, лодка стала твоим домом? Всякий и каждый может прийти туда, чтобы развлечься с девушкой в любой момент, когда ему захочется? — Он посмотрел на молодого человека с отвращением. — Мне все это довольно противно. Вы пользуетесь одними и теми же простынями?
— Конечно, — усмехнулся Бриджес. — Другие времена, другие нравы. Сейчас все думают только о том, чтобы наслаждаться жизнью.
Казалось, Гелбрайту неожиданно надоело обсуждать этот вопрос.
— Как часто Стив ходит во Францию?
— В среднем получается один раз каждые два месяца. Так, ничего особенно крупного, алкоголь и сигареты. Если за год удается заработать пять тысяч фунтов, он считает это вполне достаточным. Но это гроши, черт возьми, и самое страшное, что с ним может случиться, — всего лишь несколько месяцев тюрьмы. Было бы по-другому, если бы он связался с наркотиками, но… — Тони яростно покачал головой, — но ему на них и смотреть-то противно.
— В его шкафчике мы нашли коноплю.
— О, успокойтесь. — Бриджес вздохнул. — Иногда выкурит сигарету. Но это еще не делает его колумбийским нарко-бароном. Если так рассуждать, то все, кто любит выпить, занимаются контрабандой алкоголя грузовиками. Поверьте, он не привозил ничего более опасного, чем красное вино.
Гелбрайт подвинул еще две коробки.
— А что ты скажешь о собаках? — Он поднял пластиковый переносной домик для собаки, который стоял за коробками.
Бриджес пожал плечами:
— Возможно, несколько раз. Что плохого? Он всегда проверяет, чтобы у них был сертификат о прививках против бешенства. — Увидев, как Гелбрайт нахмурился, Тони опять запричитал: — Этот закон глупый! Шесть месяцев карантина стоят целого состояния. Собаки несчастны все это время, и еще ни у одной из них не выявили бешенства за все то время, пока наша страна проводит в жизнь законы о борьбе с бешенством.
— Кончай болтать, Тони, — потерял терпение Гелбрайт. — Лично я думаю, что ненормальный тот закон, который разрешает такому наркоману, как ты, приближаться на расстояние менее ста миль к детям. Но я не думаю, что тебе нужно переломать ноги, чтобы ты держался подальше от них. Сколько он взял?
— Пять сотен, а я не чертов наркоман, — искренне возмутился Бриджес. — Наркотики, особенно героин, — для идиотов. Вы должны лучше разбираться в терминологии наркотиков.