Операция „Лесные муравьи": читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Почему именно их?

Перепись на лесной лужайке, или несколько слов о медвяных росах

В поисках ответа перенесемся мысленно в тихий угол лесной лужайки, где густой кустарник то возвышается над желтоглавой мелюзгой лютиков, над тонконогими голубыми колокольчиками, над зеленью крестовника и лапчатки, то уступает им место, отходя подальше. Этот клочок земли до того буйно заполнен и оплетен всевозможными зелеными дикарями, что сквозь них не пробиться, сдается, ничему живому.

Однако на лежащую с краю и поросшую седым лишайником каменную глыбу откуда-то проскользнула все же ящерица. Она замерла, не мигая вглядываясь в ослепительный поток жгучих лучей и прильнув прохладным тельцем к разогретому солнцем камню… И мохнатый, иссиня-черный с желтыми лампасами поперек брюшка, грузный шмель, залетев в этот уголок, гулко разжужжался над фиолетовым колосом зацветающего кипрея. И стрекоза опустилась на нераскрывшийся, ещё зеленый бутон и несколько секунд провела здесь, складывая и разводя четыре своих прозрачных и блестящих крыла.

Но стрекоза быстро поднялась в воздух и исчезла, чуть слышно прошелестев крыльями. И шмель, как подхваченный ветром, отгудел и скрылся. А ящерица привстала на коротких ножках, подняла острую головку с бусинками черных глаз и, извиваясь плотно обтянутым тисненой кожей телом, ускользнула так же бесшумно, как появилась.

И снова, сдается, все здесь заполнено одними только растениями, дремлющими в знойном свете летнего полдня.

Но такое впечатление весьма обманчиво.

Что, если с весны пронумеровать на лужайке десяток кустов хотя бы бодяка болотного и затем ежедневно со всей тщательностью осматривать их от основания до верхушки? Каждый квадратный сантиметр поверхности стебля, каждый листик, каждое углубление в пазухе обследовать и проверить с лупой в руках… И не только каждую улитку и каждого кузнечика, но и каждую тлю, листоблошку, каждую гусеницу, каждую кладку яиц, обнаруженные при осмотре, брать на учет… Жгучая крапива такого обращения не допустит. С ней придётся во избежание неприятностей поступить по-другому. Ее кусты осторожно срезают и по частям складывают в плотно закрываемые стеклянные чашки, из которых ничто не может ускользнуть. Дальше чашки уносят в лабораторию, где их и исследуют. Так же доставляются в лабораторию для анализа только что срезанные цветки едкого лютика, поповника, одуванчика, лапчатки.

Мало того. С окружающих лужайку деревьев липы, дуба, осины, клена, березы в разных частях кроны срезают листья. Их осматривают тут же, на месте, регистрируя каждое яйцо, каждую личинку, каждую куколку, каждое насекомое.

Если затем результаты всех осмотров сличить и сопоставить по срокам, то сама собой вырисуется картина не только состояния, но и движения населенности растений.

В мае на бодяке обнаружены одиночные тли. Через месяц их уже столько, что нет никакой возможности точно подсчитать всех. Впившись хоботками в нижнюю, тыльную сторону листьев, они, не двигаясь с места, сосут живые соки растения, растут и множатся в числе. Позднее на том же бодяке появятся личинки мухи-сирфиды, которые заметно изредят колонию тлей.

Ещё через несколько дней на растениях обнаружены моллюски. Одевающую каждого крохотную раковину можно пометить цветным карандашом. Так выясняется, что моллюски подолгу живут на одном и том же растении. Медленно ползут они по листьям, оставляя на них блестящий влажный след.

Затем на бодяках появляются личинки божьей коровки. За три-четыре дня эти ненасытные хищники уничтожают уйму тлей и чуть ли не полностью очищают от них стебли.

На одном растении бодяка насчитано было около девятисот различных созданий, в том числе примерно семьсот тлей, шестьдесят паучков и сирфид. В венчиках цветков найдено тоже немало насекомых, но больше всего опять-таки трипсов и тлей. На один листок клена (их на дереве тысячи) приходится от десяти до нескольких сот постоянных обитателей, питающихся зеленью листка и его соками. И здесь тоже больше всего тлей.

Если наряду с постоянными обитателями взятого под наблюдение уголка или растения учесть и временных его посетителей, вроде таких захожих и залетных гостей, как ящерица, шмель, стрекоза, то среди них первое место по числу зарегистрированных визитов займут, намного обогнав всех прочих, муравьи.

Как мы вскоре убедимся, они посещают этот участок совсем не случайно.

Вряд ли в мире насекомых есть много существ более беззащитных, чем крохотные создания, относящиеся к чрезвычайно пестрому семейству афидид. По-русски их именуют тлями, а ещё проще растительными — древесными, травянистыми, листовыми, корневыми — вшами. До этой округлой живой капельки, одетой в полупрозрачную оболочку, лучше не дотрагиваться. Достаточно неосторожного прикосновения, и она исчезает, оставляя на пальцах и на листке только еле заметные брызги.

Не в одной лишь нежности тонких покровов сквозит, если присмотреться, беззащитность тлей.

Другие насекомые одеты в плотнейший хитиновый панцирь или вооружены сильными челюстями, способными прогрызать плотные покровы противника. В сочетании с сосущими, колющими, сверлящими ротовыми устройствами такие челюсти бывают и орудием защиты, и орудием нападения. Многие оснащены жалом, которое связано с ядовитыми железами. У богомола передние ноги образуют щипцы-капкан с такими остро зазубренными гранями, что из их смертельного зажима редко вырывается даже крупное насекомое. Есть здесь и создания, покрытые ядовитыми волосками, тонкие концы которых вонзаются в тело противника. При этом волоски — они полые — обламываются, изливая в ранку яд. Жук-плавунец, почуяв опасность, отравляет вокруг себя воду. Немало насекомых защищаются своими отпугивающими преследователя ароматическими железами. Гусеница-гарпия обрызгивает врагов едкой кислотой. Термиты из числа «носачей» опутывают усики врагов шелковидной нитью, лишая их таким образом возможности ориентироваться… Жук-бомбардир поворачивается к противнику и выстреливает из конца брюшка каплей жидкости, которая взрывается, образуя плотное белое облачко.

Невообразимо разнообразен арсенал самозащитных приспособлений насекомых, но ничего похожего нет у тлей. Кто-то пошутил, что тля в образе насекомого представляет идею непротивления злу насилием.

Рот тлей совершенно не способен нанести какой-либо ущерб их многочисленным врагам. У тли вообще нет, например, челюстей, так что ей просто не по зубам покровы или оболочки тела противника. Ротовое устройство её приспособлено для одного-единственного занятия: сосать соки из растений. Брюшко тли заканчивается концевым срединным сосочком — хвостиком. Жала в нём нет.

С весны в изобилии покрыты тлями молодые побеги и листья несчетных древесных — лесных и садовых — пород, кустарников, многолетних и однолетних злаков.

Мелкие, округлые бусинки тлей салатного цвета усыпают листья плодовых. Зеленоватых удлиненных тлей мы находим на тыльной стороне листьев, на побегах, чашелистиках. Тёмно-серые и коричневые тли приурочены к березе, черные — к клену. На маке, лебеде, свекле, бобах живут одни, на травах — другие. На хвойных питаются длинноногие толстые тли-лахнусы и разнообразные виды желтых, красных, бурых, темно-фиолетовых, черных тлей-хермесов.

Сплошной, слившейся сыпью покрывают тли иногда не только концы молодых веточек, побегов, вершинки стебельков, нижнюю сторону листьев, но часто и корни. Длинными буравами колющих ротовых щетинок и хоботков эти крохотные (от полумиллиметра до пяти-шести миллиметров) создания впиваются в растительную ткань, в сосуды проводящей системы и, не сходя с места, постепенно раздуваются от распирающего их корма. Хоботок часто бывает во много раз длиннее всего тела, отчего кажется: насекомое сосет будто на привязи… Путь растительных соков, высасываемых тлями, прослежен: в поливаемых подкрашенной водой растениях и соки становятся окрашенными. Сквозь полупрозрачный хитин тли можно видеть, как цветной сок поступает в брюшко насекомого.

Видный советский зоолог, профессор М. С. Гиляров находит, что большая часть выпитой тлями влаги быстро испаряется через их тонкий и нежный хитин, отчего жажда, томящая этих насекомых в сухую погоду, просто неутолима. Поэтому-то тли обычно держатся на скрытой от солнца, оборотной стороне листа, уходят от ветра, избегают прямого света. Если уж тля вынуждена оставаться на освещенном месте, то в полдень длинная ось её тела располагается параллельно солнечным лучам, то есть так, чтобы на солнце находилась минимальная площадь.

Сухое вещество сока ситовидных трубок, так называемой крови растений, которой питаются тли, содержит сравнительно много, чуть ли не сорок процентов, Сахаров, но крайне мало, иногда всего один процент, белка. И это тоже вынуждает тлю процеживать сквозь себя массу жидкости, чтоб отобрать из растительных соков побольше белка.

Через подвижные спинные трубочки-сифоны на спинной стороне некоторых тлей выделяются быстро твердеющие на воздухе, содержащие воск капли. Впрочем, как раз у тех видов, о которых дальше пойдет речь, сифоны не производят ни восковидных, ни жироподобных выделений.

Задние ножки тли подняты, она опирается на передние две пары. Через какое-то время на конце брюшка её вырастает маленькая, в нашем опыте окрашенная, в обычных условиях светлая, жидкая капелька. Резким движением задних ног, похожим на ляганье, тля отбрасывает эту каплю подальше от себя. Капля, за которой мы сейчас следим, — не яд, не какая-нибудь обжигающая или взрывающаяся жидкость, не источник отпугивающего запаха. Это просто отходы от пищеварения, и отбрасываются они потому, что иначе, оставаясь в течение довольно долгого времени на одном месте, тля просто утонула бы в собственных отбросах. Вес и объём их за день во много раз превосходят вес и объём самой тли. Выбрызгиваемые отбросы — смесь фруктозы, глюкозы, мелицитозы, декстринов, азотистых веществ — моросящим дождиком мельчайших липких капелек покрывают листву. Тяжелые капли вырастают, свисая по краям листьев, срываются на листья нижнего яруса, на траву, спадают на землю. Это — падь, медвяная роса.

С трудом укладывается в сознании, что именно из таких неуклюже отбрасываемых брыкающейся тлей крохотных брызг рождаются те обильные медвяные росы, которыми иной раз сплошь покрыта листва деревьев, кустарников, трав.

Сладкий дождь может моросить в лесах много дней подряд. Листья постепенно покрываются не только липкой влагой, но и отбрасываемыми при линьке «рубашками» тлей. Пади этой бывает столько и она нередко наблюдается на такой обширной площади, что в прошлом её принимали за атмосферные осадки.