— Мы, мы разные вещи делаем. Ходим в кино, гуляем в парке, играем в футбол…
Вот как? Значит, он любит футбол. Тогда, наверное, он играет в школьной команде.
— Да. Я вожу его на тренировки, каждую субботу…
А мать не возит? Только ты?
— Да, я один. Мне нравится смотреть, как он играет…
Расскажи мне о его первой игре. С другой командой.
— Что?
Сколько ему было лет? Ты же отец, ты должен вспомнить.
— Конечно. Он был такой красивый в своей маленькой форме… о боже…
Продолжай.
— Они продули. Четыре — один. Он так старался.
Ну разумеется. Сколько ему тогда было?
— Семь лет.
А какая была погода?
— Шел дождь. В Ванкувере так часто идут дожди…
Да. И как называлась его команда?
— …Не помню.
Ничего страшного. Я тебе помогу.
— Нет! Нет, она называлась… «Волки». Все родители звали их волчатами.
Нет.
— Ч-что?
Нет. Не звали. Школьная лига для семилеток в Ванкувере называет футбольные команды в честь школ. Никаких «Волков» нет и не было.
— Я ошибся. Я имел в виду…
Нет никакого Роберто. Нет Луиса. Есть только угнанный семейный автомобиль, правдоподобная легенда и наклейка «Ребенок на борту», которую ты купил за доллар для пущей маскировки.
— Нет, не надо, пожалуйста, я клянусь тебе…
Теперь мы знакомы.
Тебе осталось узнать обо мне одну последнюю вещь: я не остановлюсь. Когда станет плохо, когда станет совсем невыносимо и ты будешь молить о смерти, вспомни этот простой факт: Я никогда, никогда не остановлюсь.
Пока не узнаю всю правду…
Это заняло три дня.
Они оставили тело на том самом месте, где Чавес бросал свои жертвы, в лесу возле магистрали «Си-Ту-Скай». Джек приклеил к его груди пластиковый контейнер с семью девяностоминутными кассетами.