Она смотрела в окно. Серый свет не собирался становиться ярче, из-за облаков. Туманный свет был таким же, как и ее браслет на запястье, хотя не столь приглушенный и ожесточенный, как кулон на шее — или разбитое сердце Арчера.
Возможно, она могла бы уговорить Букмекера приехать сюда для испытания. Она могла позвонить ему или отправить письмо по электронной почте. Арчер не отрезал же ее от всей жизни.
Она крутила браслет на запястье. Наверняка она должна прекратить всякие отношения с ним. Удивительно, что он не сказал ей о ее заключении прежде, чем они занялись любовью.
Наверно, она не дала ему шанса сказать.
Занятие сексом было классическим подтверждением жизни, если, конечно, не брать во внимание его саркастические ответы. Связь не должна быть чисто физической, тогда почему она выбрала его? Почему она выбрала именно того, кто так упорно ухаживал за смертью? И почему даже когда она думала о его привязанности о смерти даже тогда, когда он находился рядом с ней?
В конце концов, она быстро выкину эти вопросы у себя из головы.
Она не должна ни перед кем объясняться, даже перед собой. Единственный кто может вызвать ее на суд, так это ее совесть. А там она, что-нибудь придумает.
Она встала на ноги. Арчер уже ушел далеко. Она могла найти ноутбук или телефон и позвонить Букмекеру.
Хоть от кого-то получить ответы.
Идя по вестибюлю гостиницы сзади Нила и Екко, Арчер шел с завязанным ртом, поскольку пары бирненстона еще присутствовали в здании. Тшува немного ослаб от яда.
— Я думал это поправимо.
Нил кашлянул.
— Так сказал Букмекер. Но он просто человек, может он этого не ощущает?
— Это никогда не очистится, — сказал Екко. — Позволь этому сгореть или продай ангелам. Они как всегда «Самородная сера это адский огонь».
Нил сгримасничал.
— Мы не будем здесь долго. Я хочу посмотреть, как обстоят дела с уборкой у Лекса и Перрина. И здесь менее безопасно, чем в укрытии.
Арчер не мог не согласиться, вероятно, от ярости Серы стены в убежище уже вибрировали.
В фойе, полдюжины тальян ждали. Нил не тратил время в пустую.
— Говорите, как обстоят дела.
Вальжан вышел вперед. Лицо тальяна было усталым, так как его тшува не мог восстановиться в этом помещении.
— Я обошел весь город. Дважды. Нет признаков джинн-человека. — Он сделал паузу. — Нет, это не совсем так. Я ощущую его повсюду, но не могу выйти на него.
Арчер обеспокоился.
— Джинны сообщники? — Так же как лига имела историков, джинны и ангелы моги иметь таких же в этом царстве. — Корвас сказал Зейну, что он собирает армию.
Вальжан покачал головой.
— Я ощущал многих, но они не были трупами. — Он сгримасничал. — Хотя одна женщина сказала, что я много работаю, и устал, она предложила мне несколько таблеток. Она все время улыбалась. Может большая часть его солдат наркоманы.
— Корвас силен, но он человек, захваченный демоном, — Нил взялся за виски, его большой палец лежал на метки его демона, расположенной вокруг глаз. — Как далеко ты ушел?
Вальжан резко склонился.
— Я пойду дальше.
— Хорошо, — Нил обратился к следующему тальяну. — Ион?
— Деятельность младших демонов заметна по всему городу. С их следами можно столкнуться везде. Они стали отчаянными и невероятно дерзкими. — Воин провел по поперечному шраму, затрагивающему лицо и шею. — Я прикрывал тыл, передо мной было три брата, фералисы пытались зайти к нам сзади. Они понимали, что мы их убьем, но все равно напали.