Воробей открыл портфель, достал бутылку «Буратино». Глянул на Мишку, тот уже приготовился смотреть фокус. Воробей взял горлышко бутылки в кулак, ногтем большого пальца (специально один ноготь оставил — не грыз) поддел крышечку и легко ее сколупнул. Бутылка зашипела. Воробей криво усмехнулся:
— Это ж надо — «Буратино» хаваю! Кому сказать, не поверят.
Понюхал бутылочку: не скисло ли? — после больницы градусов боялся даже в газировке. Сунул бутылку Мишке:
— Нюхни. Ничего?
Выпил, пустую бутылку сунул в портфель.
— А если, говорит, кого увижу — по углам распивают, пеняйте на себя… Его слова, Носенко… А ты, раз не пьешь, отпей для вида, а остальное, скажи, в бутылочке мне оставьте. Понял? Воробей всему научит.
Лешка не спеша переодевался в чистое.
— Ну, это… держи, на всякий случай. — Он протянул ладонь Мишке. — Не люблю за руку сам знаешь, но мало ль…
— Что «мало ль»? — отвел его руку Мишка. — Ты ж не в суд, а к про-ку-ро-ру!
— Короче, Валька позвонит вечером, если что, — упрямо сказал Воробей. Пошел я… Не боись, прорвемся!
Воробей подошел к конторе, заглянул в окно. Петрович был в кабинете, сидел за столом и ничего не делал.
Воробей вошел без стука, ему можно и без стука.
— Вскопал я…
— Пойдем выйдем.
Петрович вылез из-за стола. Они отошли от конторы.
— Леша, слушай… Слышишь?
— Ну?
— Такое дело: забудь, что бесхоз копал. Понял? Нормальная родственная могила, понял?
— Кому говоришь, Петрович! — Воробей скривился.
— Ладно. С этим все. — Петрович достал яркую пачку. — Закуришь?
— Давай… Черные? Это какие ж такие? Не наши?
— Американские. Попробуй…
— Они без этой, без дури? Сам знаешь, мне теперь анашу ни-ни.
— Да нормальные они, кури. Когда тебе?
— К трем.
— Ну, ни пуха. Чего мог — сделал, «бригадир» Воробьев. — Петрович улыбнулся. — Главное, молчи побольше — глухой, и весь разговор. Валька, смотри, чтобы не напилась.
— Да она не придет… — Воробей потупил глаза. — Я ей утром бубен выписал. Трояк на похмелку клянчила. — Воробей усмехнулся и посмотрел на Петровича, как тот отреагирует. Но Петрович уже глядел в сторону и нетерпеливо крутил на пальце ключи с брелоком в виде голой бабы.
— Ну, тогда будь здоров, Воробей двигай, ни пуха!
— К черту! — Воробей повернулся.
— Погоди! Чуть не забыл, за работу… — Петрович сунул деньги Воробью в карман.